Нетопырь прихватил тряпками глиняную миску и снял с огня:

– Клецки с ежевикой. Нож, подай-ка мне ромовый соус.

Одноглаз задышал быстрей. У меня во рту опять брызнула слюна. Я смотрел – всматривался прямо, – как Нетопырь раскладывает по мискам клецки с ягодной подливой.

– Нож, прочь лапы!

– …попробовать хотел… – Но серая рука убралась. Огонь выхватил из сумерек язык, скользнувший по губе.

Нетопырь протянул миску Ножу.

Пауку подали в последнюю очередь, но на сей раз, ублагостив немного прорву в животах, мы подождали, пока он начнет есть.

– Ночь… песок… драконы, – прохлюпал Вонючка. – Да.

Между прочим, очень точно выразил.

Я уж достал клинок, хотел поиграть, как Паук заговорил:

– Ты давеча спрашивал, кто такой Кид Каюк.

– Да. – Я положил мачете на колени. – Ты о нем что-то знаешь?

Остальные притихли.

– Я ему раз услугу оказал, – задумчиво начал Паук.

– Это в пустыне еще?

Кем же надо быть, чтобы, будучи инаким, оказывать услуги Киду?

– Он тогда только вышел из пустыни и застрял в одном городке.

– Что такое городок?

– Деревню знаешь?

– Знаю, я сам из деревни.