Паук молча уставился в землю.

В кустах зашуршало. Длинный колючий стебель, петляя, полз по песку. На стебле висел тяжелый цветок.

Паук полез вверх по дюне.

– Пошли, – бросил он.

Я полез за ним. С гребня глянул вниз. У трупа на лице толкался букет цветков, дорываясь до глаз и языка. Вслед за Пауком я начал спускаться.

Когда спустились, он обернулся. Нахмурился:

– Кончай это. Я только что жизнь тебе спас.

– Паук?..

– Что тебе?

– Насчет Одноглаза… Я, кажется, что-то понял.

– Что?.. Шевелись, обратно пора.

– Я как Кид. Я могу возвращать тех, кого убил.

– Так и случилось в Разломных землях, – сказал Паук. – Ты себя оживил. Дал себе умереть, а потом вернулся. Одноглаз единственный, кто может вернуть Фризу. Теперь единственный.

– Одноглаз умер.

Паук кивнул:

– Это ты его убил. Твой был последний удар. – Он указал на мачете.

– Я не знал… Что теперь в Брэннинге?

– Мятеж.

– Почему?

– Изголодались по будущему. Хотят иметь не людское, а собственное.