К цветам, которые в изобилии росли вокруг, Макс остался равнодушен, просто отмечал про себя буйство красок. Ему понравилось, что никаких вырвиглазных футуристических зданий тут не было. Он любил прогресс, но не «будущее ради будущего». К чему нужны эти фрейдистские небоскребы? Разве что как памятник тщеславию.

Но тут скайскрейперов по сути и не было. И почти весь город являлся свободной от автомобилей зоной и купался в возобновляемой энергии, которая уже давно была не альтернативной, а основной для половины человечества. Загвоздка была только в том, что мало кто был собственником «своего» генератора.

Кипящей на континенте революции тут не было видно. Разве что яхт и кораблей на рейде стояло меньше, чем он видел, прогуливаясь по этим же пляжам через Сеть в прошлом году. Город патрулировала безоружная полиция в тропической форме. Выглядели копы такими сонными, будто ничего подозрительного тут не может произойти. Райский остров посреди надвигающегося ада. Глаз бури. Впрочем, и вся метрополия – это не Мир Полдня, а мир застывшего пляжного вечера. Мир тусовок и микро-субкультур, «квантового отжига», где кайф и генерация идей – главное, что осталось человеку.

Ключ от номера она переписала себе на чип и ушла.

Это уже потом он понял, что на острове существовало что-то вроде «водяного перемирия» из «Книги джунглей» Киплинга. И элитам, даже контрэлитам, нацеленным на взятие власти, была нужна тихая гавань. К этому, возможно, могли иметь отношения и соседние Каймановы острова с давними оффшорными традициями. Но во все детали таких схем людей уровня Макса никто посвящать не собирался. Говорили разное. Про контрабанду и торговлю запрещенным товаром, даже людьми, «целиком и по частям». Но кто верит на слово официальным новостям?? Только тот, кто верит первому встречному анонимусу в Сети.

А пока ему надо срочно решать.

И нельзя посоветоваться с Помощником. Это тебе не покупка мобиля и не выбор курорта на две недели. И не знакомство на одну ночь. Помощник такие сложные моральные коллизии не потянет.

В тот вечер он вел себя как скучающий турист. Смотрел рекламу. В ней было неожиданно много иероглифов. Корейских, японских и масса китайских упрощенных. Видно, в городе большая диаспора. Речь он слышал тоже разную, не только английскую с местным забавным акцентом.

Пролистывал чужие айденты. И, конечно, не увидел ни у кого политических лозунгов. Зато многие писали о своих планах на вечер – «пляж и регги до утра». Будто в параллельный мир попал.

Проезжая мимо поворота на аэропорт, Рихтер с трудом отогнал мысль о том, что сейчас у него последний шанс отступиться, вернуться. В тот самый мир, который пьет и гуляет. Не возвращаться в отель, а сесть на дирижабль до Северной Америки. А потом первым рейсом джета обратно в Лондон, назад к мирной жизни. Пока воздушные суда еще летают без задержек. Он чувствовал, что это ненадолго.