– Значит, ваша магия оказалась сильнее, – усмехнулся Рихтер.

– Верно. Ты уверен, что не хочешь уехать обратно, Макс? У нас кровь лилась еще задолго до Кортеса. И она пропитала землю, удобрила ее, и на ней из костей погибших героев выросли люди, чьи души сейчас горят жаждой борьбы и никогда не смирятся с рабством. Ты много знаешь про Мексику под властью президента Родригеса? Точнее, директората «PP».

– Только то, что есть в открытом доступе. И то, что мне прислала ты.

– И что ты об этом думаешь?

Факты говорили о том, что двенадцать лет назад, после поражения центристов на выборах, новое правительство официально объявило программу санации экономики, которая страдала от пятилетней рецессии. А неофициально Директорат «Pyramid Products, inc.», компании, которой отдали на откуп целую страну, разделил ее на три сектора: сектор для проживания населения, промышленная зона и сектор для туристов. В секторе для туристов был рай и витрина, которую видели гости страны. Представители «золотых» 10 %, живущие там же, не заметили никаких изменений, их жизненная среда стала только безопаснее и экологичнее. Зона проживания населения – чистилище для закредитованного среднего класса – включало в себя большинство городов. Никаких стен по периметру. Отсюда можно было уехать… но куда? Разве что покинуть страну. Промышленная зона и прилегающие к ней районы с недавно построенным «социальным» жильем, арендуемым или выделяемым администрацией мегафабрик, могли бы считаться адом, но там платили за работу неплохие деньги, поэтому и отсюда никто не бежал. Но переход из нее в зону для проживания существовал только для местных резидентов – тех, кто жил там до реформы, – а для остальных по электронным пропускам. И обратный переход тоже. Земля здесь была в собственности компании. Доступными для всех оставались только общественные здания, пути сообщения и часть парков и лесов. В сектор для туристов мог попасть любой – потратить деньги и вернуться домой. Оставаться там дольше, чем на несколько дней, могли только обслуга отелей или местные жители.

А были еще трущобы – даже не ад, а место за гранью обитаемого мира.

Как бы то ни было, экономические показатели следующих десяти лет считались позитивными. Бюджетный дефицит был преодолен, а государственный долг снизился в пять раз. А больше ничего внешний мир не интересовало, у него хватало своих проблем. И только последние несколько лет система начала хромать.

– Я еще не понял, как все это работает, – Рихтер потряс головой. – Это китайская модель?

– Сингапурская. Ее сейчас широко вводят. Ну и, конечно, все оформлено как решения советов директоров компаний, местных муниципальных властей и подзаконные акты. Не придерешься. А еще через ценовую политику и кредитный рейтинг. И, конечно, эти правила по-разному действуют на тех, кто беден и кто богат. Крупная рыба всегда рвет сеть, в которой мелкая застревает.