Отсюда, с берега, щетинистого от заброшенных пирсов и волноломов, с проржавевшими разгрузочными кранами и доками, разглядеть, что творилось у основания цитадели, оказалось невозможно. Но там определенно шла своя, автоматическая жизнь – ветер доносил оттуда обрывки, спрессованные из лязга и грохота гигантских механизмов.

Взвалив амуницию, отряд под командованием господина крюс кафера Ферца миновал портовую зону и вошел в проход, помеченный на карте как ведущий прямиком к цитадели.

Блоки, высеченные из черного камня и отшлифованные до зеркального блеска, отражали исследовательскую команду. Поначалу это даже беспокоило, казалось параллельно им движется еще отряд, то ли сопровождая, то ли конвоируя их к цитадели, но затем глаза привыкли к мельтешению черных фигур по антрацитовой поверхности.

– Кто же это строил? – спросил Шенкел, на что Беггатунг тут же ответил:

– Мы!

– Ну да, – засомневался Шенкел.

– Не веришь в несокрушимую мощь Дансельреха? – грозно поинтересовался Халссщилд. – Квалифицированные кадры, вооруженные передовой техникой, могут и не такое наворотить.

На что Краленгилд пробурчал:

– Кадры воспитуемых, вооруженные ломом и лопатой, могут наворотить еще больше.

– Было такое, – согласился Беггатунг. – Помнится, всплываем, а на траверзе – остров. Ну, остров как остров, ничего, вроде бы, необычного. Вот только из землю какие-то головы со шляпами торчат…

– Выродки, что ли? – подозрительно спросил Флюгел.

– Нет, не выродки, – Краленгилд подышал на пальцы, отогревая от пронизывающего ветра, что нескончаемой рекой мчался в теснине прохода. – Мы тоже было подумали – выродки, мол, кто-то развлечься решил – завез на необитаемый остров сотню выродков, да прикопал по шею, чтобы подольше мучились. Но головы из камня оказались, а размером – что наш шлюп. Торчат такие морды из песка, глазищами на Стромданг пялятся, кехертфлакш.

– Унтерменши то были, – мрачно сказал Беггатунг. – Унтерменши.

– Сам ты выродок, – обиделся Краленгилд. – Мы что же, по-твоему, каменной башки от мертвой отличить не можем? Каменные они, каменные! – постучал он себя по каске. – Понял?

– Унтерменшу что каменная, что мертвая, что живая – он во что хочешь обернуться может.

– Тьфу, кехертфлакш! – сплюнул Краленгилд.

– Так что дальше было? – спросил Шенкел.

– А то и было, – пообижался Краленгилд, но все же продолжил: – Высадились осмотреть их, бошки хоть и каменные, а может знак какой означают для материковых выродков, ну и нашли их всех там…

Краленгилд выдержал паузу, надеясь, что остальные тут же начнут выспрашивать – что же именно они там нашли, но все почему-то молчали.