– Так? А если этак?…

Некроманту отчего-то такое их взаимодействие не шибко нравилось.

Сам же он вглядывался в общие очертания магических фигур на полу, хотя уже стало ясно – заклятия призывания, причудливо вывернутые; подобными чарами варлоки втаскивали под это небо демонов (непонятно откуда; Фесс надеялся, что из Межреальности, и это поддерживало его в поисках), ну а тут это служило тому, чтобы пробить дорогу совсем в иные области.

И, хотя фигуры накладывались одна на другую, эхо от творимых здесь чар сохранилось преотлично.

– Он открывал дорогу в этот твой Град греха или грехов, – досадливо бросил Кэр. – Я был прав – именно отсюда лич переговаривался со своими хозяевами там, внизу. Но самого кристалла – или иного артефакта, посредством которого эта связь устанавливалась, – здесь, конечно же, нет. И это никак не объясняет, зачем ему Этиа Аурикома.

– Девушка, которая всерьёз верит, что она из сказочных земель… – Отец Виллем задумчиво помял подбородок.

– Не просто «из сказочных». Из земель, которые для меня более чем настоящие.

– Не кипятись, сударь некромаг, – выпрямился монах. – Я тоже нашёл кое-что интересное, спасибо досточтимой врачевательнице. Этот лич давно за тобой если не охотился, то следил. Многие вещи с аурой дают ответ на твою персону.

– Как ты это понял, святой отец?

– Конгрегация тоже не оставляла тебя без внимания, – усмехнулся Виллем. – На случай, если дела твои станут приносить более вреда, чем пользы.

– Не сомневался, что вы за мной следите, – фыркнул Фесс. – Рыцари тоже следили. Ничего нового.

– Да, ничего нового, но опознать настроенные на тебя чары я способен.

– Допустим. Но меня сейчас больше занимает другое – где этот проклятый колдун?

– Сбежал, скорее всего. И, скорее всего, в тот самый Город греха.

– Значит, я пойду следом.

– Не так сразу, сударь мой некромаг. Помнишь, о чём вёл разговор его милость? Так что наша забота вначале – старик Гольдони.

– Да какая разница, кто тут и чем помогал личу? – вскипел некромант. – Тут вообще творится… вот ты, отец Виллем, как две капли воды похож на одного моего знакомца из прошлого, из той жизни, пока я не оказался у вас. И да, он тоже был священнослужителем, и звали его – отец Этлау. И даже глаз у него был один, как и у тебя.

– Бывает, – хладнокровно заявил Виллем, однако платок, закрывающий глазницу, поправил. – Думаю, сударь некромаг, на тебя были наложены какие-то сильные и непонятные чары. Такое случается. Память твоя исказилась, и…

– Хорошо, – прошипел Кэр. – А дева Этиа? Которая из «сказочного Эгеста»?! Который для вас сказочный, а для меня…