– А ты глянь сам, – криво усмехнулся монах. – Там оно валяется. Дохлое; ну, я надеюсь, что дохлое.

– Что, само издохло? – осведомился некромант.

– Не совсем. Помогли. Но, сударь некромаг, лучше б тебе самому взглянуть. Идём.

Отец Виллем решительно потянул дверь.

В склепе воняло кислым, глаза защипало. На полу валялась туша – ну, как туша, размером со среднего пса. Плоть частично словно бы растаяла, сползла с желтоватых костей чёрной густой жижей; косо торчало вверх что-то вроде крыла, уже совершенно очистившегося, только с самых концов острых когтей срывались последние капли. Череп обнажился не весь, кости частью раздроблены; челюсти впились в мрамор пола, от вонзившихся клыков разбежались трещины.

– Вырвалась из портала, – деловито бросил отец Виллем. – Мы были начеку. Встретили… чем и как могли.

– Что её убило? – Некромант провёл отпорную черту, присел на корточки, вглядываясь в разбитую голову чудовища. – Чары? Какие именно?

– Да нет, не чары, – вздохнул монах. – Булава моя. Правда, уже после чар, ты прав, сударь некромаг.

– Заклятия совсем не подействовали?

– Отчего ж нет? – слегка обиделся отец Виллем. – Слово Господне всегда действует!.. э-э, в той или иной мере. Чары наши её приостановили, замедлили, она как сквозь паутину пробивалась. Пасть разинула, язык выбросила, как у ящерицы-мухоловки, и… таять начала. Правда, прыти ей это не убавило, сквозь заклятия наши она таки пробилась, а что кости видны стали – ей, похоже, не мешало. Ну, я и попытался. Молитва Господня да булава освящённая – она и сдохла. И таять начала. Медленно, правда. А, ну и вонять ещё.

– Внутреннюю дверь заложите, – некромант поднялся. – Тварь эту я попытаюсь разложить на компоненты, а потом сжечь, что останется. Но идти туда нам придётся, отец Виллем.

– Знаю, – кивнул тот. – Но и лезть туда очертя голову…

– Никто не собирается, – докончил Фесс. – Отшагните, патер.

…Тварь несла в себе ясные, чёткие паттерны Хаоса. Сейчас они слабо, едва заметно пульсировали, угасая. Материальный мир жертвовал частью себя, пережигая чужеродное. Остриё глефы коснулось обнажившихся костей и тварь конвульсивно дёрнулась, суставы крыла разъялись, кости, падая, застучали по камню.

– Осторожнее! – Отец Виллем вскинул булаву.

Тварь была мертва. Эманации Хаоса пытались её оживить, заставить двигаться, но безуспешно.

– Слишком мала, – резюмировал некромант, поднимаясь. – Но, патер, если их рванёт много… они смогут подпитывать друг друга. Поэтому дырку надо заколотить, срочно.

– Как только мы поймём, как это сделать, – мрачно заметил монах. – Что ж, сударь некромаг, если ты закончил с бестией, жги останки и мы заложим двери. Думаю, пришла пора нанести наконец визит мэтру Гольдони.