Нет, так дело не пойдёт!..

Ему казалось, Город греха уплывает, словно морской корабль, утопая в волнах золотистого пламени. Оставшиеся пирамиды и зиккураты отдалялись, над ними, почти невидимые во тьме, трепетали множества крыл – демоны готовились к следующей атаке.

Хотя непонятно, зачем им атаковать? Пришелец заперт на крошечном островке, плавающем в золотистом море; сияние над ним поднимается всё выше, поглощая мрачные острия обелисков.

«Вот теперь ты точно сможешь открыть себе дорогу». – Грубый голос орка словно с трудом пробивался сквозь бурю.

«Теперь тебя тут точно ничто не держит», – подхватил гном, словно из дальней дали.

«Теперь ты начал верить, – сказала Аэсоннэ, незримая среди волн золотого тумана. – Только теперь».

Словно услыхав её, невидимые орды Хаоса ответили дружным рёвом. Конечно, Хаос-то он Хаос, а придумать что-то более упорядоченное, чем Город греха – огромную магомашину, исполинскую фигуру для творения могущественных чар – ещё постараться надо.

Или это сделали те, кто убедил Хаос подарить им силы, кто заверил его, что успех – поглощение этого мира – не за горами. Зачем Хаосу ещё один мир? – да просто потому, что иначе он не может, как огонь не может не пожирать лесной сушняк.

«Ты уже почти готов», – сказала Аэ, выступая из золотого сияния.

Точь-в-точь такая, как в тот день, когда они расстались. В той же курточке, узких брючках, с развевающимися жемчужно-белыми волосами.

– Нет, конечно же, меня здесь нет, – предостерегающе подняла она руку. – Да и сам рассуди, как могла бы я тут появиться? Ты вызвал меня, ты меня сотворил, потому что я нужна, нужна здесь и сейчас.

– Что ты говоришь? – вырвалось у него хриплое. – Как это «тебя здесь нет»?… Вот же ты!..

– Потому что ты этого пожелал, – нахмурилась юная драконица. – Пожелал по-настоящему, впервые за все годы нашей разлуки.

– А где тогда настоящая Аэ?

– Я и есть настоящая, – пожала она плечами. – Ты захотел увидеть меня, и я пришла. Потом я уйду, вернусь… к себе. Там, наверху. Ты всё-таки до конца ещё не понял… Я – это она. Она – это я.

– Я это смог…

– Конечно смог, – кивнула она. – И это, и многое другое.

– А когда мы договорим?…

– Я вернусь к себе. Аэсоннэ будет помнить всё, мы вновь сделаемся одним. Твоя дорога только началась, ты ступил на неё – только ступил, но уже хорошо, что перестал топтаться на пороге.

Назидательный тон драконицы раздражал.