Усмехнулась я мысленно, берегла силы.

За эти дни Горевски не раз довелось убедиться, что женские слабости если мне и присущи, то в незначительной степени.

Когда пришлось стрелять – стреляла на поражение, не мучаясь угрызениями совести. Когда пришлось почти час лежать рядом с мертвым телом – кроме как за ним, спрятаться было негде, прижималась настолько, насколько это было возможно, ничуть не смущаясь такой близостью.

Про километры, которые мы с ним намотали, я вообще предпочитала молчать. Бегом, шагом, ползком, используя антигравитационные пояса, пока те окончательно не разрядились, вплавь.

Все это ничуть не мешало ему заботиться обо мне, постоянно подчеркивая тот факт, что в нашей паре мужчина – он.

– На сканере чисто, – так же тихо произнесла я. Вопросом, что будем делать, когда сдохнет и этот, последний, не задавалась. Когда сдохнет, тогда и станем беспокоиться.

– Это уже почти не имеет никакого значения, – пробурчал он себе под нос сакраментальную фразу и до того, как я успела на нее отреагировать, двинулся вдоль стены.

Мне пришлось последовать за ним, это он знал, куда идти.

Впрочем, когда я после очередного изменения дислокации решила уточнить, где именно нам предстоит встретиться с Исхантелем, он выдал глубокомысленно: «Не где, а когда!»

Тогда Валесантери еще мог шутить… После того как не вернулся Иштван, он ни разу не улыбнулся. И теперь уже я пыталась поддерживать его, не представляя, что могло связывать Руми и Горевски, но догадываясь, что без достаточных оснований мой спутник не изменил бы самому себе.

– Нравится тот дом?

Остановился он резко. Я хоть и старалась быть внимательной, но действие очередной порции тонизаторов подходило к концу, и усталость все сильнее давала о себе знать.

Эта доза была у меня последней. У него – тоже. Правда, ввел он свою часа на четыре позже, чем я, так что пока еще держался бодрячком.

Кивать я не стала. Все равно стояла у него за спиной, да и не заметить единственное в том направлении здание было невозможно. К тому же оно было мне знакомо, хоть и видела я его с другой стороны.

Несмотря на изнеможение, хмыкнула:

– Оригинально! Нужно было носиться по городу, чтобы самим прийти к Исхантелю.

– Самое надежное место, – без малейшего возмущения возразил Горевски. – Ты сама дала схему глушителей и сканеров миссии. Ромшез сделал расчеты и нашел мертвую зону. – Сделал паузу, словно что-то обдумывая. Мог и не стараться, мне хватило и этого, чтобы поверить. Если Ромшез сказал… в этом плане я ему доверяла не меньше, чем Вано. Но Валесантери все-таки продолжил: – Там какое-то мудреное наложение, воспринимается как провал.