Впрочем, они ли это были… Вопрос даже не риторический, да и не вопрос, а лишь иллюстрация к звериной природе человека. Кровь как спусковой крючок и оружие как символ безнаказанности.

Виктор об этом не думал, мысли возникали сами и терзали не меньше, чем понимание, что они могут не успеть. Сделать все, чтобы этого не произошло, но… он знал, что иногда и этого было слишком мало.

Лазовски технику не жалел, выжимал максимум, который та могла дать. Людей – тоже. На что Шаевский привык к эквилибристике – сам был способен показать весьма неплохой класс, но тут организм пасовал перед нагрузками, требуя прекратить развлечение.

Предлагать Роверу поберечь их бренные тела Виктор даже не подумал. Окажись сам на месте пилота, без сомнений повторил бы трюки, выделываемые маршалом. Может, не с такой виртуозностью, но с не меньшим остервенением.

– Сектор три – бой.

– Принял, – коротко бросил Ровер невидимому Ромшезу и, нисколько не беспокоясь об удобствах пассажиров, положил катер на горизонтальный стабилизатор, проскальзывая в опасную зону между четырьмя небоскребами, составлявшими единую композицию. – Правый борт! По готовности!

– Самоубийца, – выдохнул Виктор, когда получилось дышать.

У Лазовски ушло меньше десяти секунд, чтобы поднять машину с нижнего уровня до крыши здания, на которой находилась огневая точка. Судя по всему, там стояла пара «Часовых», роботизированных турельных установок, несущих в том числе и плазменные блоки.

Две ракеты ушли одновременно. Десантники не сплоховали, те заткнулись, исчезнув в огненном пятне. Тоже вместе.

В чем-то Ровер был прав, у местной службы порядка не было таких игрушек, как десантно-штурмовой катер, но не высказаться Шаевский не смог.

– Кажется, мы торопились…

Лазовски швырнул машину в очередной вираж и только после этого равнодушно заявил:

– Срезали угол.

Посмотрев на карту города, Виктор был вынужден согласиться: действительно, срезали.

– Экстренная эвакуация!

Ровер в ответ что-то буркнул себе под нос.

От уточнения Шаевский воздержался. Способен был догадаться, что речь шла не о хорошей погоде.

Если Руми задействовал аварийный сигнал, то дело было не просто плохо – хуже некуда.

А тут еще взвизгнула система предупреждения, добавив так недостающего аккомпанемента. Высветилась сфера, красным вспыхнул сектор обнаруженной сканерами угрозы.

– Атака! Шесть часов! – раздалось по внутренней связи. Один из десантников.