О чем думала в этот момент Мирайя, догадаться было несложно. И ситуация известна, да и подсказку она дала, назвав Шаевского как возможного куратора операции. Ошибалась, хоть и незначительно и… судя по тому, как ее взгляд слепо скользил по его комнате, недолго.

Ее открытия были несвоевременными, но… он радовался им, как если бы она была его любимой ученицей…

Твою мать! От собственного признания сдавило горло. Вроде бы должно полегчать – хотя бы определился, какой статус для него приобрела эта женщина, но сам факт настораживал. Если об этом станет известно кому-нибудь кроме него…

– У тебя есть кто-то на борту? – разорвав паутину его размышлений, холодно произнесла Элизабет.

Уже не гнев, с трудом сдерживаемое бешенство.

Имела право, он опять втянул ее в серьезную историю, но… Даже если никогда не простит, он будет за нее спокоен.

– Есть, – кивнул Шторм, дав ей заметить улыбку. – Последний рапорт был шесть часов назад. Но мне очень хотелось бы узнать, что из произошедшего за это время заставило тебя искать левый канал связи?

Взгляд Элизабет буквально припечатал. Научил… на свою голову!

– Ну и сволочь же ты, Слава!

Пауза была короткой, но была. Продолжила она уже совершенно спокойно. Как переступила черту.

– Я могу хотя бы узнать его имя?

Ответ на этот вопрос они знали оба. Не могла! То, что сейчас происходило на лайнере, было серьезнее, чем Зерхан или Маршея. Там можно было действовать, каждый неверный шаг здесь грозил катастрофическими последствиями. Не для него или Воронова, для Союза.

С Олегом Вороновым его познакомил Орлов. Шторм – подполковник, тот – подполковник, только разница в десять лет. Первое впечатление – никакое. Один из… Так бы и думал, если бы не характеристика бывшего командира: серьезный мужик.

Первый разговор не подтвердил слов Орлова, но заставил переоценить и собственные выводы. Было в том что-то… заманчивое. Вроде и «прямой», без хитринки, которую предпочитал видеть Шторм в своих партнерах по играм, но явно не столь прост, как показалось вначале.

Воронов «раскрылся» сам. «Случайно» встретились в Штабе, где Шторм решал вопросы по взаимодействию со скайлами, пригласил на охоту. Вячек согласился, хоть и не был любителем подобных развлечений. Не отказаться заставило чутье, сработавшее в тот день дважды. Сначала на тяжелую атмосферу в коридорах и напряженность некоторых кулуарных разговоров, а затем и на Олега. Не ошибся ни с тем, ни с другим.

Подписание мирного договора с самаринянами раскололо армию. Вместо радости безоговорочной победы, на которую все были настроены, горечь условий, похожих на поражение.