Мне бы усмехнуться – для предположения, что нахожусь я отнюдь не в своей спальне, не обязательно быть полковником контрразведки, но злость оказалось сильнее выпестованного спецификой службы ехидства.

– Удивительно, но тут я с тобой соглашусь. – Я поднялась с постели, отошла к креслу, на которое Дарош сбросил пиджак, пока настраивал мне связь. Сделала это без всякого умысла, сообразила, что выглядит провокацией, лишь когда взгляд наткнулся на темное пятно на светло-сером фоне обивки. – Что ты еще затеял? – Обернулась я резко, успев задать вопрос раньше, чем он «порадовал» меня своим.

Шторм вздохнул, качнул головой кому-то невидимому:

– Я бы сказал, что ничего, но ты вряд ли поверишь. Или есть то, чего я еще не знаю?

Слава был не один… На мгновение стало стыдно – минуты отдыха для него были еще большей редкостью, чем для меня, но воспоминание о проблемах, которые он на меня в очередной раз «скинул», тут же вернули боевой настрой.

– А это смотря когда Шаевский получил последний рапорт от…

Прежде чем назвать имя, выбирая из двух, пришлось остановиться, обдумывая все еще раз. Опростоволоситься не хотелось. Не тогда, когда в его взгляде царило ожидание.

В том, что доклад был, я не сомневалась: Шторм выглядел достаточно спокойным для такого вывода. Но кто? Ромшез или Валев? И Шаевскому ли?

Или…

Или это был кто-то третий, о ком я даже не подозревала?

Догадка была внезапной. Опять та самая интуиция, которая с удовольствием перемалывала и факты, но была вполне способна работать и на пропускаемых другими мелочах.

Самое смешное, что и в этом случае ситуация оставалась не менее непредсказуемой, чем до этого. Она давала мне право подозревать не только одного из пары Истера и Николя, но и их обоих. И… не только их.

Жаль, Шторм был далеко. Очень хотелось дать в морду.

– У тебя есть кто-то на борту, – произнесла я холодно, буквальная заставляя себя не замечать шального блеска в его глазах.

– Есть, – кивнул он, сдержав улыбку. Мой гнев его явно радовал. – Последний рапорт был шесть часов назад. Но мне очень хотелось бы узнать, что из произошедшего за это время заставило тебя искать левый канал связи?

Глубоко вздохнув – хоть немного сбросить напряжение, бросила на Шторма тяжелый взгляд.

– Ну и сволочь же ты, Слава! – Если ожидала увидеть раскаяние – зря надеялась. Этому типу муки совести были не известны. – Я могу хотя бы узнать его имя?

Вместо того, чтобы ответить, Шторм отошел к столу, наполнил бокал из граненого графина. Пил медленно, словно смакуя.

Воду.

– Это не он.