Подобное чувство, когда ему не хотелось думать о последствиях, возникало у него лишь однажды. Остановила дружба. Ровер не говорил о своих чувствах к Лиз, Шторм просто догадался, но и этого хватило, чтобы не переступить грань, оттолкнуть ее от себя.

Сомневался ли он когда позже в своем решении? Да, сомневался. Элизабет относилась к тем редким для него женщинам, ночь с которой могла бы перерасти во что-то большее, стать частью его жизни.

Не получилось, дружба оказалась важнее. А может, и чувство вины за те полтора года на Самаринии, которое продолжало его преследовать. Шторм не был виновен в срыве операции, когда Ровер попал к самаринянам, но… Геннори пошел за ним, когда он выбрал контрразведку.

Теперь обо всем этом говорить было поздно.

Лиз о его «слабости» к себе знала – аналитик-интуитивщик, как оценил ее Таласки, – чем откровенно пользовалась. Он не возражал. Из несостоявшейся любовницы… возлюбленной, она все ближе подбиралась к понятию друга. Если между мужчиной и женщиной это вообще было возможно. Ну и сам использовал ее способности, зная, что за милой мордашкой и хорошей фигуркой скрывается мощный ум.

– Сорок пять минут до зеро, – усмехнулся Андрей, сам выйдя на связь.

Кажется, его увлекло это приключение.

– Вижу, – отозвался Шторм, бросив взгляд на развешанные по комнате экраны.

Так, как он охранял себя этой ночью, не охраняли даже императора Индарса. Пока что результата от такой перестраховки не было.

Неужели она все-таки решила отступить?!

Шторм вспомнил, как Кэтрин смотрела на него, требуя те самые пять минут, и качнул головой. Эта не отступит, пойдет до конца.

Если бы он мог предугадать…

Он мог и предугадал, самому себе лгать Шторм не собирался. Догадался, как только заметил в ее глазах тот блеск, но уже тогда исправлять было что-либо поздно.

Да и стоило ли…

Противостояние, азарт… в последнее время ему так не хватало этого ощущения жизни.

Шторм вызвал ее в кабинет сам. Они это называли разбором полетов, он – вправление мозгов. Единственное отличие от обычного стиля подобных мероприятий – пришлось следить за лексикой. Выражения присутствовали (куда ж без них!), он лишь старался избегать самых крепких. С одной стороны, девушка, с другой… надела форму, пусть привыкает.

Не сказать, что она откровенно рдела и смущалась, но что-то такое мелькало… Мол, не ожидала. От кого, от кого, но только не от вас.

Когда появилась эта ассоциация, он едва не сбился, настолько неожиданной она была. Чтобы эта пигалица…

Пигалица стояла напротив по стойке смирно и поедала его взглядом. Как и положено по Уставу.