Человек в светлом костюме, с зонтом и синей книгой в руке ждал у статуи Колумба. Индифферентным его назвать было нельзя – мужчина пристально «сканировал» снующих вокруг прохожих, пытаясь определить, кто пришёл по его душу.

При виде Фёдора глаза Антона округлились, он несколько секунд изучал внешность помолодевшего друга, а затем расцвёл спокойно-дежурной улыбкой, и, как полагалось в подобной ситуации, обниматься не бросился.

Они обменялись формальным рукопожатием и двинулись по дорожке – с виду не более чем два хороших знакомых, встретившихся обсудить некую деловую тему.

– Почему не сообщил? – поинтересовался Антон.

– Извини, – почти оправдываясь сказал Пошивалов, – о моём приезде не знал никто из местных.

Антон кривовато улыбнулся:

– Стал серьёзным агентом? Такая секретность!

– Я только начал работать, это моё первое задание…

– Ну да, ну да, – покивал Беркович. – Давай-ка посидим где-нибудь, дружище. Думаю, нам о многом стоит поговорить?

– Да уж, – согласился Фёдор, чувствуя, как внутри снова начинает ворочаться – нет, не подозрение, а скорее ощущение вины перед Антоном, вызванное заданием «большого брата», как про себя иногда Пошивалов называл орхан.

– У тебя есть какие-то ограничения по времени?

– Никаких! Но мы, кстати, и рабочие вопросы должны обсудить.

– Разумеется, обсудим. У меня предложение: давай съездим куда-нибудь, пообедаем, выпьем. В конце концов, мы имеем с тобой право и неформально пообщаться, коли встретились спустя столько лет!

– Возражения отсутствуют, коллега, – улыбнулся Фёдор.

– Отлично! У меня машина недалеко, пошли, чего время терять.

Пошивалов кивнул.

– Ты машину взял напрокат? – на ходу продолжал расспрашивать Антон. – Нет? Указания были? Тоже нет? Ну, думаю, если ты дольше, чем на пару дней приехал, то стоит – тут без машины никак…

Они прошлись по Пятой авеню и добрались до места, где стоял автомобиль Антона – «додж-калибер» приятного зеленоватого цвета.

– Ты в какой ресторан хотел бы сходить? – поинтересовался Антон.

Пошивалов пожал плечами: его готовили и по таким вопросам, и он мог бы назвать много мест с разнообразной кухней, но сейчас ему было всё равно, под какие блюда посидеть и поговорить.