— Пожалуйста, мисси, — произнес вернувшийся официант. Он взглянул на листок черновика, исписанный какими-то закорючками. — Четыре метрические недели — это один пункт и шесть кейс дозидней. Что составляет тридцать восемь дней по-чистому. — Он покачал головой и поплелся прочь.

— Дюжидней, — поправил его гладиоланин. — И почему Старые Планеты не используют метрические дни, как все остальные?

Меграномер ухмыльнулся.

— А почему бы остальной Периферии не пользоваться дюжиднями? Двенадцать имеет больше смысла, чем десять. Более делимое число, знаете ли.

Женщина из обисхамской межзвездной компании нахмурилась.

— Что он имел в виду под «тридцать восемь дней по-чистому»?

Хью спрятал усмешку. Официант говорил о терранских днях, но не считал нужным ставить об этом в известность всех подряд.

Фудир не был в Закутке Эльфьюджи много лет и обнаружил, что ориентируется в нем уже не так хорошо, как раньше. Жаргон немного изменился; запахи, еда и звуки казались слегка экзотичными. Многое зависело от смешения этносов, которые поселились здесь во время Великой чистки. Местный квартал был богаче, чем Закуток Иеговы, а люди выглядели не такими напряженными. Но рука руку знает, и пары рукопожатий оказалось достаточно, чтобы Фудир получил доступ в клубный дом Братства, где он встретился с Фэнди Джексоном.

— Знай я, что ты придешь, брат Фудир, — сказал Фэнди, — я бы подготовил тебе достойный прием. — Он был высоким мужчиной с лисьими чертами лица и похожей на проволоку бородой, скрывавшей лицо и ниспадавшей на грудь. — Как поживает сестра наша Мемсаиб с далекой Иеговы?

— У нее все хорошо, Фэнди. — Фудир и хозяин дома восседали на мягких пуфах в комнате, устланной дорогими коврами и обтянутой тонкими красными, черными и золотыми занавесками-паутинками. Стоявший рядом слуга разливал чай и раскладывал по чашам ногутовую пасту. — Она с радостью отпустила меня.

Фэнди Джексон ударил себя кулаком в грудь.

— Да станет ее утрата моим приобретением! Чего желаешь ты от нашего братства, брат Фудир? Что привело тебя в мою скромную обитель?

— Боюсь, это запутанная история. Но в ее конце ждет Земля, вновь свободная.

Фэнди замер, так и не успев поднести чашку к губам, как и слуга, передававший вторую чашку Фудиру.

— Так ли это? — переспросил Фэнди. — История долгая, и до сих пор без такого конца. Был там один город, который мне предначертано навестить. Сей долг поклялся исполнить дед моего деда. Как же нам узреть такой конец?

— Это крайне щепетильное дело, кое следует держать подальше от цепких пальцев. Слышал ли ты историю о Крутящемся Камне? В чаше легенды может плавать боб правды.