— А-а-а-а!!!

На сей раз рассудок одного из уцелевших явно не выдержал жуткого испытания. Ополоумевший мужчина на четвереньках скакал вниз по ступенькам, вопя от ужаса. Один из дворцовых стрелков вскинул самострел, и стало тихо.

— Вы пошли! Ну?

Оставшиеся в живых «бойцы» угрюмо переминались, стискивая в ладонях палки. Командир дворцовой стражи сделал знак, и несколько самострелов в упор ударили в толпу штрафников.

— Ещё раз — или вас всех тут положат, или вы идёте наверх. Возможно, у него больше нет этого колдовского зелья! Ну?

Кучка горожан, выглядевшая теперь совсем жалко, вновь обречённо полезла наверх, туда, где на искрошенных взрывами гранитных ступенях валялись исковерканные тела.

— Эй, ребята! — сложив ладони рупором, прокричал Киллиан, дождавшись, пока «группа захвата» дойдёт до огневого рубежа. — Ложитесь на ступеньки и лежите. Я вас не трону! Даю честное слово! Иначе — смерть!

Деловое предложение колдуна показалось импровизированным бойцам столь выгодным, что было немедленно принято без всяких встречных условий. «Группа захвата» в полном составе растянулась на ступеньках зиккурата, став таким образом недосягаемой для выстрелов снизу.

— Трусливые подонки! Мерзавцы! — зычно орал снизу начальник дворцовой стражи. — Подумайте, что станется с вашими семьями, ослиные головы! Вас двадцать с лишним рыл, а их двое! Притом одна девка! Вперёд, скоты!

И вновь обречённо встают в атаку «скоты», вооружённые палками. Да, это правда — участь предавших интересы самого Повелителя ужасна, а уж что сделают с детьми…

Киллиан вздохнул, чиркнул фитилём по шершавому камню и бросил вниз последний заряд. Бамбуковый цилиндр упал на тело одного из убитых и застрял, с шипением испуская тонкий дымок. Штрафники вновь легли, закрыв головы руками. Вот интересно, как быстро учатся люди, когда припрёт, мелькнула в голове сторонняя мысль…

Колдовская штука между тем перестала шипеть, точно рассерженная гадюка, и дымок вроде как исчез. Полежав ещё для верности, бойцы «группы захвата» зашевелились, один за другим поднимая головы.

— Я говорил вам, олухи! — орал снизу начальник стражи. — Нет у них больше колдовской силы! Кончилась! Иссякла! А ну, вперёд!

Но в тот момент, когда бойцы-штрафники поднялись, ободрённые криками руководства, бамбуковый цилиндр вспомнил наконец, зачем, собственно, его сюда направили.

На этот раз уцелевших не осталось. Те, кто не был убит, просто свалились с неограждённой лестницы и сейчас стонали с переломанными костями ярусом ниже. Вконец изуродованная лестница, заваленная искромсанными трупами, представляла собой жуткое зрелище, но так и не обвалилась — непомерной толщины стену зиккурата не так легко разрушить.