— Ап!

Он торопливо осмотрел маори. Одна рана обнаружилась в мышцах правой руки — из нее так и хлестала кровь, и еще одна пуля застряла в бронежилете великана, прямо под ключицей, но больше всего Дрифта встревожила та, что пробила жилет и оставила темное, влажное отверстие слева — как приблизительно прикинул Дрифт, в нижней части грудной клетки. Может, и почку задела, если глубоко вошла? В анатомии он никогда силен не был.

— Как, сильно больно?

— А-а! — Дышал Апирана часто и неглубоко, и было очевидно, что каждый вздох вызывает боль. — Офигеть как, братан!

— Ладно, погоди.

Дрифт выхватил из аптечки на поясе Апираниного бронежилета маленький, похожий на шприц перевязочный пистолет и залил обе раны стерильной, быстро схватывающейся пеной. Толку от этого немногим больше, чем от простого пластыря, но все же хоть кровь приостановит. Покончив с этим, он снова включил коммуникатор:

— Дженна, ты меня слышишь?

— Слышу. — Голос у юной слайсерши дрожал. Ну конечно, она же все видела на камере… — Он не?..

— Ап жив, но ранен. — Дрифт старался говорить уверенно — не только ради них обоих, но и ради себя самого. — Больше никто не направляется в нашу сторону?

— Вроде бы нет. Келсьеровская шайка, похоже, забаррикадировалась наглухо, европейцы до них никак добраться не могут.

— Через потайные двери больше никто не выходил?

Дрифт закашлялся: к едкому химическому запаху огненной смеси добавилась отвратительная вонь паленого мяса и волос, и дышать стало решительно нечем.

— Я никого не вижу, капитан.

Голос у Дженны звучал уже несколько потверже, и это радовало.

— Ясно. Держи наблюдение и, если что, кричи, хорошо?

— Есть.

— Ладно. Дрифт снова взглянул на Апирану, потом вглубь коридора. — Где та дверь, из которой они вышли?

Метрах в двадцати от тебя, по левой стороне.

Дрифт поморщился и посмотрел маори в глаза.

— Ты как, дотянешь?