— Я еще не сдох пока, — прорычал Апирана и ухватился за его плечо. — Руку дай.

— Ну уж нет, — отрезал Дрифт, — ты и меня за собой утянешь.

Он сунул в кобуру второй пистолет, обхватил Апирану, помог ему сесть — тот, правда, застонал от боли, — а затем подхватил его под мышки.

— Готов?

Апирана кивнул, и Дрифт поднял его на ноги. Точнее, попытался поднять.

Дальше было еще две попытки, несколько многоэтажных ругательств Апираны, черные мушки перед глазами у Дрифта, но в конце концов ему все–таки удалось поставить маори на ноги, хотя великану это стоило больших усилий. Он тяжело навалился на Дрифта — у того было ощущение, будто он пытается сдержать небольшой горный обвал, и оба, шатаясь, побрели к безобидной с виду стене, ничем не примечательной, кроме маленькой клавиатуры с цифрами мало ли для чего она тут и чем управляет, от вентиляции до света. Дрифт заметил, что зазор между панелями несколько шире обычного похоже на дверь.

— Дженна, есть идеи?

— Код доступа — три два пять один девять, если не ошибаюсь.

Дрифт ввел цифры, и действительно, панель почти бесшумно открылась, за ней оказался туннель: не ровные стены, обшитые металлом, как в коридорах, а просто голый темный камень, в котором кое–где светились лампочки и торчали провода. Они с Апираной, спотыкаясь, зашли внутрь, и дверь за ними закрылась. Но через пару шагов Апирана зашипел от боли и сполз по стене.

— А, чтоб тебя… — Даже в полумраке было видно, что по голове маори катятся капли пота, он тяжело дышал сквозь стиснутые зубы. — Все, братан, спекся я. Ты же достанешь этого мудака? — Морщась, он снял с плеча ружье, висевшее на ремне. — Давай мне твой пистолет, а сам вот это бери. Я тебя прикрою. Тут больше никто не пройдет, разве что свои.

Дрифт почувствовал, как внутри все сжалось. Он еще не отошел после смерти Михея, а Апирана ведь был частью его жизни гораздо дольше, чем голландец. Несмотря на пугающие вспышки ярости, несмотря даже на то, что он самого Дрифта не так давно чуть не придушил своими руками, Апирана был его другом. К тому же, не говоря уже о боли и чувстве вины, просто жутко видеть, как такой большой и сильный мужчина на глазах превращается в беспомощную развалину. Думалось, что при его огромном росте и кипучей энергии он должен быть неуязвимым для любой беды, кроме разве что самых страшных стихийных бедствий, а оказалось, он такой же человек, как все, — из плоти и крови.

Дрифт взял ружье, перезарядил пистолет и протянул его Апиране вместе с парой запасных обойм.

— А может, все–таки попробовать тебя как–нибудь вытащить отсюда? — спросил он, кивая на дверь. — Дженна бы посмотрела, может, кто из европейцев зайдет тебя забрать. Тебе помощь нужна.