Он снова перевел взгляд на девушку, вскинув ружье, чтобы дать ей понять, что не шутки шутит:

— Где Келсьер?

Девушка ничего не сказала, только мотнула серебристой головой в сторону металлической двери. Дрифт кивнул на остальные две:

— А там что?

— Кухня, — прошептала она. — И ванная.

Дрифт обошел кровать, стараясь не выпускать из вида девушку и в то же время поглядывать вокруг. Наконец он толкнул ногой ту дверь, за которой, по ее словам, была кухня. Сделал грозное лицо:

— Не двигаться.

Она послушно кивнула. Он резко распахнул дверь, повел стволом вокруг. Это действительно оказалась маленькая, но хорошо оборудованная кухня. Он подумал, не открыть ли шкафчики — вдруг это только маскировка, а за ними тайное укрытие, — но не стал. Это самая обыкновенная кухня, а Келсьер в его представлении как–то мало походил на параноика, способного устроить себе убежище в кухне, посреди сети тоннелей в центре одинокого астероида. Всему есть предел, в конце концов.

Девушка не двигалась, но он все–таки посматривал за ней, когда шел проверять ванную. Там тоже все выглядело как обычно, никакого потайного лаза под сверкающим кафелем и хромом не просматривалось. Он попятился обратно в комнату и немигающим взглядом уставился па девушку. Она смотрела на него: выражение лица непонятное, но определенно не враждебное.

— Что там? — спросил он, показывая на металлическую дверь, которая теперь была у него за спиной.

Девушка пожала плечами:

— Не знаю. Мне не разрешают выходить из этой комнаты.

Дрифт задумчиво кивнул.

— Как тебя зовут?

На этот раз она ответила едва слышным шепотом:

— Эмили.

— Вот что, Эмили, — сказал Дрифт, насколько мог, успокаивающе, осторожно протягивая руку, — ты только ладони держи так, чтобы я их видел. Я сейчас сниму эти простыни — мне нужно убедиться, что ты там не прячешь оружие.

Девушка прижала простыню к груди еще крепче.

— Но…

— Мне просто надо знать, что ты не выстрелишь мне в спину, — сказал Дрифт. — Больше ничего, обещаю.