Нс дожидаясь ответа, он взялся за простыню и потянул. В первую секунду девушка сопротивлялась. Затем ткань выскользнула из ее пальцев, и Дрифт сдернул простыню с кровати. Там не оказалось ничего, даже отдаленно напоминающего оружие, если только кто–то не изобрел смертоносные подушки. Его глазам открылось тело Эмили — стройное, смуглое, кое–как прикрытое бельем, служащим скорее для красоты, чем для тепла, и ноги — длинные, красивой формы.

И целиком металлические, от самого бедра.

Дрифт удивленно заморгал, потом вновь посмотрел на лицо девушки и, конечно, на ее сверкающий череп.

— Что за…

Вот теперь лицо у нее стало совсем другое: оно вспыхнуло от гнева и сделалось почти диким.

— Не смейте меня жалеть!

Она вдруг рывком подтянула ноги под себя и села, скорчившись, на кровати. Что–то еще блеснуло у нее на затылке: что–то вроде металлической оплетки, идущей вниз от основания черепа.

Дрифт медленно покачал головой.

— Я не… слушай, я не с тобой пришел разбираться. — Чего–чего, а такого взрыва он точно не ожидал. — Мне нужен Келсьер.

Лицо Эмили снова переменилось: гнев сменился настороженностью.

— Вы его убьете?

— Скорее всего.

— А мне можно посмотреть?

Дрифт постарался удержаться от гримасы. Он не знал, что Николас Келсьер сделал этой девушке, но где–то в сознании уже копошились догадки, о которых даже не хотелось думать. «Ее ноги…» Он отогнал от себя промелькнувшие в голове картинки. Что бы там ни было, он не намерен тащить эту девушку за собой к Келсьеру. Не хватало ему только усердной не по разуму дилетантки — обрадуется, что представился случай отомстить, и сунется под руку в самый неподходящий момент.

— Нет, — сказал он, — тебе надо отсюда уходить. — Он показал на дверь, через которую вошел. — Этот астероид берут штурмом европейские войска. Или их ищи, или иди в ангар. В любом случае — как только кого увидишь, кричи, что тебя послал Икабод Дрифт.

— Икабод Дрифт?

Он постарался выдавить усмешку.

Не забудь!

Она молча смотрела на него, и он мысленно пожал плечами.

— Серьезно, уходи давай. Да, и если свернешь налево, там будет сидеть здоровенный маори с пистолетом и скверным характером. («Надеюсь. Если Апирана еще не истек кровью, не потерял сознание или с ним еще чего–нибудь не случилось».) Так что, пожалуй, лучше направо. Меньше объясняться придется.