Как ни удивительно, Риш удалось отделаться от Бая еще в холле, у лифтовой шахты, и тот, обняв ее на прощание, отправился восвояси. Выйдя из лифта в фойе на седьмом этаже, Риш на минутку остановилась, вытащила из-под воротника что-то вроде металлической ворсинки, пробормотала: «Очаровательная попытка, Бай. Люблю – целую», изобразила выразительный чмок, после чего выкинула «жучок» в урну. А поймав взгляд Тедж, брошенный через плечо, только плечами пожала.

Айвену Ксаву как-то удалось заказать всем номера рядом. Люкс с двумя спальнями и центральной гостиной для старших членов семьи примыкал к обычным номерам, где разместились со всем своим багажом Амири и Гагат, Звезда, Гуля, Жемчуг и Изумруд. Все они поспешили как можно скорее вернуться в гостиную, где Тедж и Риш в очередной раз рассказывали историю своего долгого бегства, и уселись их слушать. И – как водится – критиковать.

Когда Тедж рассказывала о Комарре и о блестящей идее Айвена Ксава насчет спасения-через-брак, она покосилась на Амири с Гагатом и опустила эпизод с балконом, сказав только:

– Подозреваю, что к этому моменту мы обе соображали уже не слишком-то хорошо. Мы были слишком измотаны.

– Вы, похоже, не соображали вообще, – ехидно заметила Гуля. – Бог мой, Тедж, ну нельзя же вечно быть такой легкомысленной.

Жемчуг повернулась к Риш:

– И ты ей позволила?

– Так ведь это сработало, – сказала Риш, защищаясь.

Папа взмахом ладони пресек их привычный переход на личности, не преминув, однако же, мягко укорить:

– Но, Тедж, девочка моя, последние пять лет мы в любой момент могли бы заключить для тебя выгодную сделку с наследником Дома. Ты упустила столько возможностей, и все для того, чтобы выйти за барраярца?

Такое можно было стерпеть только потому, что он пять лет безропотно принимал все ее «Нет» – ладно, допустим чаще: «Спасибо, нет, папа», и лишь изредка ворчал. Во всяком случае, папа не станет сетовать, что Айвен Ксав – натурал, ведь он сам такой. И баронесса не сможет – ведь с ее стороны это будет вопиющее ханжество. Хотя у нее найдутся и другие причины для недовольства.

– Я готова допустить, что этот Форпатрил для барраярца оказался весьма интересным, – сказала баронесса. – Будь это не слепая удача, а хитроумный обман, я бы гордилась вами обеими. Или… ты уже знала о его высоких связях, когда заключала это странное устное соглашение?

– За так, и не меньше, – пробормотала Звезда. – Эх, Тедж!

– Нет, – вздохнула Тедж, – мы выяснили это только потом.

– Как водится, – пробурчала Жемчуг.

– Вы про него искали? – спросила Тедж баронессу. – Там, на Эскобаре?