Воображение и что-то вроде умышленной неуверенности. Вот и все, что нужно для перехода, Джокаста. И чем острее разум, тем выше способность переходить. Мы видели это с прирожденными талантами, которые находили «слабые места», видимо, какие-то изъяны в связности Долгой Земли, которые могут переносить за тысячи миров. Возможно, еще более странный изъян, обнаруженный в Нью-Спрингфилде, был свидетельством иного вида разума: разума, способного переходить в совершенно иной Долгий мир.

Между прочим, я сказал «острые разумы». Думаю, Homo sapiens не следует забывать, что Долгую Землю создали не наши разумы. А наших кузенов, троллей и других человекообразных, которые вышли за миллион лет до нас и шаг за шагом порождали своим воображением Долгую Землю. Не мы.

И почему вообще должны существовать такие Долгие миры – подумай над этим. Похоже, начиная с камней, летающих вокруг младенческой Солнечной системы, очень трудно создать мир, способный породить разум. Солнечной системе потребовались миллиарды лет, чтобы произвести плодородную Землю. Но создав один такой мир, ты можешь просто штамповать копии, словно страницы на печатном станке… Но это совместный процесс. Разум вызывает к существованию Долгую Землю. Может, сама Долгая Земля, взрастив разум, теперь использует его, чтобы воображением прокладывать свой путь в бесконечность.

Какого типа переход сможет создать могущественный интеллект? Даже я с трудом могу предположить. Наверняка я не доживу, чтобы это увидеть. Возможно, увидишь ты, дорогая. А теперь я устал. Очень устал. Джокаста, выключишь свет, когда будешь уходить?..

Глава 57

Глава 57

Ясным октябрьским днем более чем в трех миллионах Земель от Базовой, в сердце огороженной территории Малого Цинциннати, островка человеческого хозяйства в великом технологическом океане Мыслителя, стояла капсула. Приземистый аппарат находился на широкой бетонированной площади, предназначенной для посадки грузовых твенов, но сегодня твены виднелись только высоко в осеннем небе, наблюдая и поблескивая камерами.

Джошуа Валиенте ковылял по асфальту с Лобсангом, Мэгги Кауфман и Дэвом Биланюком. На всех были синие насовские комбинезоны, в руках дыхательные маски. Они опаздывали и потому спешили. Их сопровождал тяжеловооруженный эскорт военно-морских сил под командованием Джейн Шеридан. Старались не рисковать, поскольку самые крайние противники контакта продолжали угрожать проекту.

Пока Джошуа и его спутники приближались к капсуле, их слепили вспышки фотоаппаратов, и приходилось пробираться через небольшую толпу аплодирующих рабочих и других провожающих. Джошуа, опирающийся на трость, испытывал неловкость и даже чувствовал себя нелепым. Тем не менее во всем этом было что-то великолепное. Словно корабль заряжали энергией не какие-то технологии, а волна общего энтузиазма. Однако Джошуа не собирался произносить это вслух.