— И какой сегодня курс? — уточняю я, прикидывая собственные шансы заполучить десерт древним как сама вселенная путем. Интересно, ориентация у Таисьи сугубо ортодоксальная? Или программа все же предполагает некое разнообразие? Вон, для Нюковых мам, например. Я-то стопроцентный ортодокс. Но на что не пойдешь с голодухи? Скорей бы наш сакамаровый талант своих арбуруков подрастил, что ли…

— Один к одному, — сообщает беззастенчивый продукт естественного воспитания, переводя дух. — Но больше одной все равно не дает. Приказ Варга. Прикрыл, гад, мой калорийный родник! Та-а-ась, а Тась, может, еще дашь? Для Ярки. Одну. Она у нас с периферии, ее внутренние убеждения и культ священной каракатицы воспрещают ей роботесс целовать, — умильно хлопая ресницами, просит Нюк, заметив алчный огонек в моем взоре. Я тоже пытаюсь придать горящим голодным блеском глазам умильное выражение, но, кажется, не слишком преуспеваю в своем начинании. Может, на воздушном поцелуе попробовать сторговаться?

— За ма-а-аленький поцелуйчик… от вас, бортинженер Стратитайлер, — кокетничает Тася, накручивая белокурый локон на пальчик. Нюк тяжко вздыхает, словно его ящики с куролапами таскать заставляют — выделывается, похоже, в расчете на то, чтобы припомнить мне потом свою великую жертву, но таки чмокает сложенные сердечком силиконовые губки. Два заледенелых до звона печенюха наконец перекочевывают в его загребущие лапешки, и, жадно обнюхав оба, один он с явным сожалением все же отдает мне. Альтруизм, привитый воспитанием, а может, и какая-никакая привязанность к моей персоне, видимо, побеждают первоначальный план сокрыться с этим сокровищем в глубинах трюма и заточить все в один пищеприемник.

— И компот! — уже откровенно наглеет наследный принц затерянной галактики, усаживаясь за стол. — Ну пожа-а-алуйста, ну Шухер же фрукты растит!

— Может, разогреть? — спрашивает сияющая Тася, похоже, подзаряжающая поцелуями свои и без того неубиваемые аккумуляторы.

— Нет! — отрезает Нюк, облизывая ледышку. — Так на мороженку похоже и на подольше растянуть можно. А ведь с месяцок тому назад думал, что ни одного больше в жизни не съем… Прям работником коммерческого секса себя чувствую, звездой Ергая… Такой ли доли мне нянюшка желала?

Этакими темпами он набьет цену этой несчастной печенюхе почище тагаранца, впаривающего ржавый арбалет самого пращура Ди-Дер-Сона (у каждого аборигена таких реликвий не меньше дюжины — и все, разумеется, подлинники) заезжему туристу! Черная дыра с ними, с принципами, в следующий раз сама отработаю, не развалюсь.