Он встал, вешая автомат на грудь, и в это время западнее Теплого Сырта, километрах в десяти от поселения в небо вонзилась стремительная серебряная стрела взлетающей ракеты.

Почва под ногами следопыта задрожала от раскачивающей ее исполинской силы. Ракета ушла в высоту, оставив за собой розовое кольцо, окруженное изумрудным светящимся облачком ионного выхлопа.

Феликс засек время и с удивлением обнаружил, что его контакт с пиявкой продолжался не более трех минут. А ведь он мог поклясться, что прошло не менее получаса. Главное было сделано. Теперь бы Рыбкин не отказался от чашечки горячего кофе, который великолепно готовил Сережа Белый, тем более что до обсерватории было всего минут десять неторопливой ходьбы.

Астрономы сидели в столовой, и после холодных марсианских песков в ней было уютно и светло.

— Можно? — тихо сказал Феликс.

— Заходи, заходи, — отозвался Сергей. — Кофе будешь?

Рыбкин поставил карабин в угол.

— Я уж думал, что ты нас совсем забыл, — сказал Сергей.

— А чего ему у нас делать? — удивился прямодушный Пеньков. — Наташеньки нашей нет…

— Заткнись, Володька, — сказал Белый. — Вечно ты вылезешь. Садись, Феликс, — он принялся наливать в чашку кофе.

Пеньков поднялся.

— Ну, — сказал он, — тогда я пошел.

— Карабин возьми, — сказал ему вслед Матти.

— Да на кой он мне? — искренне удивился Пеньков. — Не от мимикродонов же отбиваться!

— Возьми-возьми, — сказал Сергей. — Вон, видишь, следопыты с оружием ходят!

— Так они по пескам шастают, — с недовольной гримасой сказал Пеньков. — А мне тут от купола до павильона и назад!

Рыбкин пошевелился.

— Возьмите, Володя, — сказал он. — Я тут рядом с вами на пиявку наткнулся.

Матти с тревогой посмотрел на следопыта.

— И не напала? — с недоверием спросил он.