Не самый близкий аналог, но первый пришедший на ум Павилу — пущенный с боковым вращением морской камень, ударяющийся о поверхность воды и оставляющий за собой расходящиеся волны. Так это и выглядело в грубом сравнении. Сферы нейтрино выбросов, похожих на двумерной поверхности морских всплесков. Ещё чуть-чуть и вся вакуумная область покроется морской рябью, доведя Павила до истеричного смеха, показывая, как волновая функция переходит из раздела абстрактного в нечто физически реальное. Хотя Павил и продолжал сохранять невозмутимость. Ещё чуть-чуть и преломление света станет настолько реальным, что эффект линзирования станет возможно наблюдать в масштабах намного меньше реальных. Понятие абстракции потеряет свой смысл. Что дальше? Прямые параллельные пересекутся?

Вот очередная сферы появилась на мониторе, рассеиваясь по области. Через секунду перед ней появляется её сестра. Через секунду — сестра сестры. И так далее. И в этом хаосе читался вполне логичный вывод — вызов. Это ведь и была попытка наладить контакт, верно? Миллископические виртуальные чёрные дыры рождались и коллапсировали, рождались и коллапсировали, но с отчётливой периодичностью.

А пальцы продолжали звонко отскакивать от стеклянной поверхности.

— Мы должны ответить, — первым высказала предложение Аманда.

Леклерк несколько секунд потерянно смотрел на Павила, прежде чем ответить.

— Что? — коротко и ясно.

— С нами хотят связаться.

Павил откинул голову, уставившись в потолок над его головой. Алюминиевые переборки, пересекающие интерьер, разрезающие поверхность на несколько равных частей, сквозь которые протянулись жилы и артерии Андана, по которым бежали электроны и фотоны, потоки света отражались от рефракторных пластин, осуществляя своеобразную нейронную компиляцию. Парадокс вопроса жить-мыслить.

— Мы должны ответить? — Павил сам удивился тому, что высказал, даже не определив, спрашивал ли он или утверждал.

А сферы продолжали набухать на экране, расцветая гусеничной змейкой. Леклерк вышел из своего размышления, потягиваясь в кресле. Павил бы не удивился, узнай, что программист всё это время мысленно был в виртуальном мире графиков, присутствуя здесь лишь физически. Как оказалось, это так типично для ускоряющихся.

— Хорошо, — Леклерк погладил свой синий в неоновую люминесцирующую полосу костюм, выглаживая рукой неровные поверхности. — И что мы должен по-твоему сделать? Конкретно. Как нам ответить?

— Может передать на Ками что-то? — высказался Тайлер. — Направим прямой луч, зафиксируем, передадим… не знаю… геометрические фигуры? Геометрия ведь уникальный язык.