– Не нужно драматизма. Драмы создают на пустом месте. Если хотите быть драматичной, это можно сделать, не убив тридцать тысяч людей и не лишившись земной собственности. Можно утонуть прямо здесь или прыгнуть в вулкан, как японцы в старых книгах. Драма – это легко. Трудно, когда что-то не получается, но вы продолжаете бороться. Когда вы должны идти дальше, даже если ситуация выглядит безнадежной, даже если вам хочется впасть в отчаяние. Теперь поговорим о том, как работает фок. В самой широкой части он достигает двадцати тысяч миль. Книзу он сужается, и его общая длина составляет чуть меньше восьмидесяти тысяч миль. Его можно убрать или поднять при помощи маленьких сервороботов с радиоуправлением. Лучше пользуйтесь радио пореже, ведь батарей, пусть и атомных, должно хватить на сорок лет. Они будут сохранять вам жизнь.

– Да, сэр, – виновато ответила Хелен Америка.

– Вам следует помнить, в чем заключается ваша работа. Вы летите, потому что стоите дешево. Потому что моряк весит намного меньше машины. Не существует универсального компьютера, который весил бы всего сто пятьдесят фунтов. Как вы. Вы летите исключительно потому, что вы расходный материал. Из трех моряков, отправляющихся к звездам, один не достигнет цели. Но вы летите не потому, что вы лидер, а потому, что вы молоды. У вас есть жизнь, которой вы можете пожертвовать. А кроме того, у вас крепкие нервы. Вы это понимаете?

– Да, сэр. Понимаю.

– Кроме того, вы летите потому, что ваше путешествие продлится сорок лет. Если мы отправим автоматические механизмы, которые будут управлять парусами, они достигнут цели. Вероятно. Но на это у них уйдет от ста до ста двадцати лет, если не больше, и к тому времени адиабатические коконы испортятся, большая часть человеческого груза не будет подлежать оживлению, а утечка тепла, как бы мы ни старались, погубит всю экспедицию. Так что помните, что ожидающие вас проблемы и драма – это, в основном, работа. Работа – и больше ничего. Вот ваше большое дело.

Хелен улыбнулась. Она была невысокой девушкой с густыми темными волосами, карими глазами и выразительными бровями, но когда улыбалась, казалась почти ребенком, причем очаровательным.

– Мое дело – работа, – сказала она. – Я это понимаю, сэр.

VIII

В зоне подготовки работа шла быстро, но без суеты. Дважды техники уговаривали ее взять отпуск, прежде чем являться на финальную тренировку. Она не последовала их совету. Она хотела двигаться дальше; она знала, что они знали, что она хочет навсегда покинуть Землю, – и знала, что они знали, что она была не просто дочерью своей матери. Она пыталась – хоть как-то – быть собой. Она знала, что мир ей не верил, но мир не имел значения.