– Возможно, тебя накажут, – сказала госпожа Джоанна.

Лорд Жестокость промолчал, но в душе у него теплилось счастье. Если О’телекели действительно был настолько хорош, как казалось, у недолюдей будет список контрольно-пропускных пунктов и путей эвакуации, что поможет им скрыться от безболезненной смерти, к которой их приговорят капризные человеческие власти.

V

В ту ночь в коридорах слышалось пение.

Недолюди радовались без видимых на то причин.

Тем вечером К’мелл исполнила дикий кошачий танец для очередного путешественника, прибывшего из другого мира. Вернувшись домой, она встала на колени перед портретом своего отца К’макинтоша и поблагодарила О’телекели за то, что сделал Жестокость.

Однако известность эта история приобрела лишь несколько поколений спустя, когда лорд Жестокость прославился как защитник недолюдей, а власти, по-прежнему не подозревавшие о существовании О’телекели, согласились принять выбранных представителей недолюдей в качестве посредников для обсуждения лучших условий жизни. К’мелл к тому времени давно умерла.

Но сперва она прожила долгую, хорошую жизнь.

Когда возраст больше не позволял ей работать эскорт-девушкой, она стала шеф-поваром. Ее блюда были знамениты. Однажды ее навестил Жестокость. В конце трапезы он сказал:

– У недолюдей есть один глупый стишок. Никто из людей его не знает, кроме меня.

– Я не люблю стихи, – ответила она.

– Он называется «Она-сделала-это».

К’мелл покраснела до самого выреза своей просторной блузы. С возрастом она заметно поправилась. Управление рестораном этому способствовало.

– Ах, этот стишок, – сказала она. – Он глупый.

– В нем говорится, что ты полюбила гоминида.

– Нет, не полюбила, – возразила она. Ее зеленые глаза, прекрасные, как и прежде, заглянули глубоко в его собственные. Лорду Жестокость стало неуютно. Дело принимало личный оборот. Он предпочитал политические связи; от личных вопросов ему становилось не по себе.

Освещение в комнате изменилось, и кошачьи глаза К’мелл вспыхнули. Теперь она напоминала волшебную девушку с огненными волосами, которую когда-то знал Жестокость.

– Я не была влюблена. Это неправильное слово…