Бинк немедленно пожалел о своем взрыве. Конечно, сейчас она ужасно глупая, в этом заключалось ее проклятье. И он, наверное, преувеличивает опасность положения. Трент может просто избежать встречи, уйти без всякого сражения. Таким образом, Бинку удастся сохранить собственное достоинство и получить моральную победу, и ничего не изменится. Если так, в дураках окажется Бинк.

Он повернулся к Хамелеону, чтобы извиниться… и снова открыл факт, что она сияюще красива. До этого она казалась привлекательной по сравнению с Фанчен и Дией, но сейчас она была такой, какой он впервые встретил ее, как Винни. Неужели это было так недавно? Хотя теперь она больше не была незнакомкой.

— Ты прекрасна, какая есть, Хамелеон.

— Но я не могу помочь тебе планировать. Я ничего не могу. Тебе не нравятся глупые люди.

— Мне нравятся красивые девушки, — ответил Бинк. — Мне также нравятся умные девушки. Но я не доверяю им, когда они встречаются мне в одном лице. Я бы остановился на обыкновенной девушке, но она в конце концов надоела бы мне. Иногда я хочу поговорить с кем-нибудь умным, а иногда я хочу… — он замолчал. Ее ум был сейчас подобен уму ребенка, не стоило излагать ей здесь сейчас такие сложности.

— Что? — спросила она, глядя на него. На этой последней стадии глаза у нее были черными. Они могли бы быть любого цвета и все равно она была бы прекрасна.

Бинк понимал, что его шансы пережить этот день были меньше, чем минимальные, а его шансы спасти Ксанф — и того меньше. Он боялся… но также ощущал радость жизни. И преданности. И красоты. Зачем прятать то, что вдруг всплыло из глубин подсознания?

— …заняться любовью, — закончил он.

— Это я могу, — глаза ее зажглись пониманием. Насколько она поняла и на каком уровне, Бинк задумываться не хотел.

Он поцеловал ее. Это было чудесно.

— Но, Бинк, — сказала она, когда у нее появилась возможность говорить, — я же не останусь такой красивой.

— В том-то и дело, — ответил он. — Я люблю разнообразие. Я не мог бы все время жить с глупой девушкой, но ты же не все время глупа. Уродливость тоже плоха, если это навсегда, но ты же не все время уродлива. Ты — само разнообразие. Именно это я и искал — никакая другая девушка не сможет дать мне это.

— Мне нужно заклинание…

— Нет, тебе не нужно никакого заклинания, Хамелеон. Ты прекрасна такая, какая есть. Я люблю тебя.

— О, Бинк!

После этих слов они совершенно про дуэль забыли.

Но реальность напомнила о себе слишком быстро.

— Вот они! — воскликнула Ирис, появившись над их самодельным укрытием. — Так, так, что это вы здесь вдвоем делаете?