— Жажда меня убивает. — Объяснил, слегка смущаясь почерневший мальчишка-воитель.

— Да и сама не прочь выпить! — Заявила все еще прекрасная в страдании девушка-богатырь Владлен. — Недаром пьяницы спускают в стакан — все свое состояние.

И тоже присоединилась к своему ученику.

Какое это удовольствие лизать потрескавшимся языком лед, он кажется таким сладким — лучше глазировки и шоколадного мороженого, а вода, тая, течет в глотку, утоляя страшную жажду.

Они слизывали одну сосульку, за другой и никак не могли насытиться. Казалось, что они попали в рай, и жуют то о чем они читали лишь в учебниках — сказание мифов об чудесном из меда Лады и Сварога мороженном.

Время летит незаметно, но счастье кончилось внезапно, жажда исчезла, а потом словно удар по лбу они почувствовали дикий холод и голод.

— Надо идти иначе мы застынем. — Приказала, испытывая тревогу и отбивая зубами дробь Владлен.

— Зато перестанем страдать. — Похоже, Вольке Рыбаченко было уже все равно. Челюсть мальчишки отбивала чечетку.

— Я не хочу такого конца, пошли или лучше бегом, безопаснее и согреемся. — Предложила девушка-витязь, хотя и у нее самой босые и обожженные ноги подкашивались.

— В этом есть хоть какая-то логика, хотя может быть скривить дистанцию, используя заклинания телепортации. — С надеждой произнес юный воитель, которому очень запомнились лекции Родноверцев об колдовстве и ментальном могуществе Богов-демиургов.

— А ты его знаешь!? — Скептический настрой Владлен усилился. Воительница пошатнулась и с трудом удержалась, но своих покрывшихся коростой и язвами ногах.

— Этому нас не учат, надо быть высшими адептами. Да и мы поклялись, не применять магию. Какой бессердечный наш учитель. А точнее босс, чье имя похоже никто кроме богов не знает! — Волька Рыбаченко произнес это будучи уверенным в правоте. И усилием злости, добавлял и прибавлял шага.

Бег как помогал согреться, только есть хотелось очень сильно, даже странно ведь голодали они не в первый раз. Коридор снова сузился, затем повернул в сторону, а дальше стало совсем темно.

— Зажжем факел. — Предложила слегка ожившая Владлен.

— У тебя две руки, так что постарайся. — Лязгая зубами, произнес жестоко искалеченный мальчик-витязь Волька.

Факел был с секретом, мог гореть очень долго, не отсыревая. Владлен с удивлением заметила:

— Тут что-то не то…Вроде и инея нет, а так холодно.

— Нас огонь лишь осветит, но не согреет. — В голосе юного витязя-каратиста чувствовалась уверенная безнадежность. Тем не менее он решительно чиркнул по кремню. Волька даже прищурился, когда ему резануло по зрачкам, мальчишка и в самом деле стал смахивать на мумию.