Они миновали последние ступени, и воздух задрожал от предчувствий и ожиданий. Загорелись их ладанки с дарами Ши. Они подняли глаза и увидели крохотное коричневое существо, которого не было здесь еще мгновение назад.

— Это Граги, — воскликнул Келли, но, казалось, их мать уже знает это — похоже, ничто сегодня не могло ее напугать, даже Ши.

— Граги, — промолвила Мев, и тут же дар Ши обжег ее еще больше, или то закололо ее сердце. Она подумала об отце, и мир словно вновь пришел в движение, или она сама стронулась с места — будто снова ожив, у нее заболело сердце — она подняла голову и поняла, что и не жила после той ночи, хотя все в мире шло своим чередом. И вдруг она ощутила, что вокруг полно тайн, и ее мама — родная мама — связана с Ши.

Это не без отца. В этом чувствовалась его рука. Мир понесся мимо, словно река, обтекающая камни, и беды проносились мимо них, и как-то во всем этом ощущался он.

— Идемте, — промолвил Граги, махая им длинными косматыми руками. — О, поспешите, поспешите. И пони, и славные лошади, и все остальные.

— Граги, — сказала их мать, резко, как она говорила в зале. — Граги, это не все — наши люди еще на дороге у Лоуберна.

Граги замер, обхватив себя руками, и закачался, и глаза его сузились от боли.

— О, золотая госпожа, Граги, не может дотянуться до них. Пусть добираются сами. Большой рыжий человек и маленький темноволосый: Граги знает их — на них прикосновение Ши, но ничто не сможет им помочь. Идемте! Идемте! Идемте! Люди, добрые, учтивые люди — не медлите, спешите, спешите! Оно наступает, оно наступает — мрак идет на долину; я не могу назвать его имя, но реке его не остановить, — он повернулся и, отскочив в сторону, вскарабкался на спину лохматому пони. — Торопитесь! О, торопитесь!

И поверх людского гула раздался голос Донала, подгоняющего всех: он появился с Ленноном, Шоном и Кованом и целым войском мальчиков — они вели отцовскую лошадь и пони, и коней. Они остановились, и воцарилась тишина, взорвавшаяся на мгновение криками, словно народ только что увидел коричневого человечка на лохматом пони.

— Идемте, — взмолился Граги, — о человек, Граги знает тебя — много мы проехали вместе — идемте, идемте, о, поспешайте! С севера и запада они наступают, темные твари и мгла. Садитесь, садитесь, все, кто может ехать верхом — Граги вас поведет!

И словно колдовство опустилось на всех — воздух дрожал от волшебных трелей. Люди вскарабкивались на неоседланных лошадей, которые молча подставляли свои спины, передавали друг другу детей, смотревших вокруг с изумленным видом. Мев ухватилась за гриву Флойна, пытаясь залезть, и Флойн даже не шелохнулся, пока она неловко взбиралась на него. Ее брат уже сидел на Фланне. Донал помог их матери и Мурне сесть на белоносую кобылу и дал в руки Бранвин повод.