— Прочь! — в зале не было оружия, никакого, кроме кинжала: ради Кирана, ради ее детей, которые не выносили железа, отсюда убрали все. Она кинулась к стене, намереваясь схватить факел.

— Не бойся, — промолвило мелкое существо, — о нет-нет-нет, я — друг; такие славные, добрые дети, такой учтивый народ — они мне ставили блюдца с молоком и сладкие лепешки, и бурый эль — но у Граги есть свой дом, и больше он не может медлить. Пойдем со мной, пойдем со мной — сладкие лепешки, бурый эль и теплое солнце на века.

Рука Бранвин опустилась. Она увидела зеленые тени, резвящегося пони и белокурую девочку, ушедшую на поиски волшебства. «Пойдем со мной, возьми меня за руку, не слушай, как они тебя зовут». Взгляд ее помутился.

— Неужто еще есть время? — спросила она. — И там есть место для нас всех?

— Для всех, — ответило существо и, подпрыгнув, выпрямилось. — Для всех добрых и славных людей, только пусть не берут железа. Спешите, спешите, спешите.

И он исчез за дверью, и дверь захлопнулась так быстро, словно никто из-за нее и не появлялся. Бранвин вздрогнула и оглянулась, у очага зашевелились дети и Мурна, проснулся Донал и Леннон в своем углу.

— Вставайте, — сказала Бранвин, — все. Одевайтесь потеплее. Донал, ступай во двор и подними всех.

— Госпожа, — изумленно вымолвил Донал, но покорился.

— Никакого железа, — крикнула Бранвин. — Ни уздечек, ни сковородок, ни ножей, ни брошек — ничего.

— Госпожа…

Так держалась она за последние лоскуты своей гордости. «Но неужто гордыня должна стать преградой для волшебства?» — спрашивала она себя. И ей было уже страшно заявлять, как прежде, что она знакома со всеми тайнами волшебства.

— Кажется, к нам пришла помощь, — тихо промолвила она, — и как бы нам не потерять ее, — из-за спины Донала дети смотрели на нее спокойными глазами. — Одевайтесь. Мы спустимся вниз к воротам. Спеши, Донал; Леннон, помоги ему.

Леннон взял арфу, Донал схватил плащ, и дверь закрылась за ними.

— Мойтесь, одевайтесь, — сказала она Мев и Келли. — И мы спускаемся вниз.

Впервые у нее была своя тайна, а не у Мев и Келли от нее. Но они послушались ее.

Она поднялась в пустую спальню, вымылась и оделась, пока Мурна занималась детьми. Она взяла лучший плащ Кирана из промасленной шерсти, который был теплее, чем ее. «Может быть холодно», — заметил он как-то, собираясь в такое путешествие.

Теперь она вспомнила о Барке, Ризи и Роане, о людях на границе, и радость ее померкла. «О боги, что станет с ними, когда они обнаружат пустой Кер Велл? Что если его захватят наши враги? О боги, куда мы идем? Куда я веду свой народ?»