– Не волнуйся, дорогая. Я буду вести себя очень
На улице он увидел гномов, которые обступили своего товарища, валявшегося в луже крови.
– Куда? – спросил Ваймс, и они, пусть даже не поняли его, поняли сам вопрос.
Сразу несколько гномов показали вдоль улицы.
Ваймс прижал к груди арбалет и на ходу раскурил тонкую сигару.
Сейчас ему было понятно, что делать. Он всегда чувствовал себя скованно, когда дело касалось политики, в которой хорошее от плохого отличалось лишь точкой зрения на один и тот же предмет – по крайней мере, так уверяли люди, занимавшие сторону, которую Ваймс неизменно считал плохой.
В политике вечно все так запутанно… А если ты чувствуешь себя запутанным, значит, кто-то пытается тебя обдурить. Но на улицах, во время погони по горячим следам, все ясно и понятно. В конце погони кто-то один останется в живых, и главное – приложить все усилия к тому, чтобы этим кем-то оказался ты.
На углу он увидел перевернутую телегу и возницу, стоявшего на коленях у лошади с распоротым брюхом.
– Куда?
Кучер показал.
Ваймс выскочил на улицу, которая была широкой и оживленной, сквозь толпу медленно ехали элегантные кареты. Ну разумеется… коронация.
Но все это принадлежало миру герцога Анкского, а его в данный момент здесь не было. Был только Сэм Ваймс, который очень не любил коронации.
Впереди раздались крики, и вдруг навстречу Ваймсу устремился поток людей, поэтому он вынужден был, как лосось, двигаться против течения.
Улица привела его на широкую площадь, по которой в панике метались люди. Это подсказало Ваймсу, что он следует в правильном направлении. Вольфганга можно было найти именно там, где больше никто не хотел оставаться.
Сбоку возникло какое-то движение, и мимо Ваймса пробежал отряд городских стражников. Вдруг отряд остановился, и один из стражников вернулся чуть назад. Это был Тантони.
Он оглядел Ваймса с головы до ног.
– Наверное, я должен поблагодарить вас за то, что вы сделали для меня прошлой ночью? – спросил он.
На его лице были видны свежие царапины, но они уже заживали.
«Нам