Ваймс опустил меч и попытался успокоиться.

– Потому что наш милый Вольфганг – тот еще шалунишка, дорогая. Уж я-то навидался подобных типов. Любой нормальный человек, получив взбучку, предпочитает скрыться. Или, по крайней мере, ему хватает ума затаиться. Но иногда ты сталкиваешься с людьми, которые не умеют признавать свое поражение. Какой-то слабак вдруг бесстрашно бросается на Детрита. Злобные мелкие мерзавцы делают «розочку» о край трактирной стойки и пытаются атаковать пятерых стражников сразу. Ты понимаешь, о ком я говорю? Об идиотах, которые продолжают драться, хотя уже давно пора остановиться, И единственный способ вывести их из игры – это убить.

– По-моему, я понимаю, каких людей ты имеешь в виду, – сказала госпожа Сибилла с легкой иронией, смысл которой Сэм Ваймс понял только через несколько дней.

Она сняла пушинку с его плаща.

– Он вернется, – пробормотал Ваймс. – Я это нутром чую.

– Сэм?

– Да?

– Ты уделишь мне пару минут своего внимания? Пусть Ангва беспокоится о Вольфганге, а мне очень нужно поговорить с тобой спокойно, пока ты не гоняешься за вервольфами.

Она произнесла это так, словно журила его за какой-то мелкий недостаток, как журила за то, что он часто оставлял свои башмаки на самом проходе, где о них постоянно спотыкались.

– Вообще-то… Это они гонялись за мной, – уточнил Ваймс.

– Всегда найдутся люди, которых вдруг обнаружат мертвыми или которые попытаются тебя убить…

– Знаешь, дорогая, я их об этом не прошу.

– Сэм, у меня будет ребенок.

Мысли Ваймса были заняты вервольфами, и автоматическая цепь уже готова была замкнуться и выдать нечто вроде: «Ну конечно, дорогая», или «Выбери тот цвет, который тебе нравится», или «Я попрошу кого-нибудь с этим разобраться». К счастью, его мозг обладал мощным инстинктом самосохранения и вовсе не хотел оказаться в черепе, проломленном прикроватной лампой. Поэтому он написал слова Сибиллы перед внутренними глазами Ваймса раскаленными добела словами, а сам поспешил ретироваться.

– Что? Как? – слабым голосом вякнул командор Сэмюель Ваймс.

– Нормальным способом, я надеюсь.

Ваймс тяжело опустился на кровать.

– Но… не прямо сейчас?

– Нет, чуточку погодя. Ошибки быть не может. Госпожа Контент твердо в этом уверена, а она работает повитухой вот уже пятьдесят лет.

– О. – Некоторые функции мозга начинали восстанавливаться. – Хорошо. Просто… здорово.