Надпись на борту с гордостью гласила:
РОНАЛЬД СОАК ГИЕНОГИНИЧНЫЙ МОЛОШНИК Основан
РОНАЛЬД СОАК
ГИЕНОГИНИЧНЫЙ МОЛОШНИК
Основан
Ничуть не менее странным было то, что люди никогда не спрашивали: «Основан?
Ронни открыл ворота и, громыхая молочными флягами, выехал в безвременье. «Кошмар, – думал он. – Все словно бы сговорились. Ну и как прикажете выживать в этом мире простому скромному индивидуальному предпринимателю?»
Лобсанга Лудда разбудил какой-то тихий звук, похожий на пощелкивание и жужжание.
Его окружала темнота, которая как-то неохотно поддавалась давлению ладони. Она была похожа на бархат, чем и оказалась. Он закатился под одну из витрин.
В районе поясницы что-то вибрировало. Осторожно протянув руку, Лобсанг обнаружил, что это один из портативных Ингибиторов вращается в своей клетке.
Итак…
Что дальше? Он жил на занятое взаймы время. Возможно, у него был час, а может, куда меньше. Но он мог нарезать его, а значит…
Нет. Прибор, сохраняющий время, был создан Ку, и некое шестое чувство подсказывало Лобсангу, что эта идея станет последней в его жизни. Вдруг он ощутил себя висящим над заполненной бритвенными лезвиями вселенной.
Итак… час или гораздо меньше. Но маховик ведь можно завести, не так ли?
Нет. Рукоятка находилась сзади. Маховик мог завести только кто-нибудь другой. Спасибо тебе, Ку, за все, особенно за твои экспериментальные модели.
А что, если снять маховик? Нет, не получится. Ремни являлись частью конструкции. Без них разные части тела начнут двигаться с разными скоростями. Это все равно как человеческое тело заморозить до состояния льда, а потом спустить с высокой каменной лестницы. Результат будет тот же.
Открыть ящик находящимся внутри его ломиком…
Через щель в двери просачивалось зелено-синее свечение. Лобсанг сделал шаг навстречу и услышал, как маховик стал вращаться быстрее. Значит, он, Лобсанг, стал тратить больше времени, а это очень, очень плохо, если у тебя остается всего час, а может, гораздо меньше. Он отступил на шаг, и Ингибитор защелкал с обычной скоростью.
Что ж…