– И что это значит?
– Скажем так, если это он нашел твоего друга, значит, с ним будет все в порядке. Вероятно. По крайней мере, в большем порядке, чем если бы его нашел кто-нибудь другой. Послушай, может, наконец займемся спасением не человека, а человечества? Холодный расчет, понял?
Она вышла из переулка. Лобсанг поплелся за ней. Сьюзен шла с таким видом, словно вся улица принадлежала ей. Заглядывала в каждую дверь и каждый темный переулок, но вовсе не как потенциальная жертва, опасавшаяся злоумышленников. Похоже, она даже была слегка разочарована тем, что не находила там ничего опасного.
Сьюзен подошла к часовой лавке, вошла в нее и остановилась на мгновение, разглядывая зависший в воздухе цветок из стеклянных осколков. Судя по выражению ее лица, она не нашла в увиденном ничего странного, да и вообще в жизни ей приходилось встречать куда более интересные вещи. Потом она приблизилась к внутренней двери. Из-под нее по-прежнему лилось свечение, но уже не такое яркое.
– По-моему, все чуть успокоилось, – сказала Сьюзен. – Это хорошо… Но там, внутри, двое. А это уже плохо.
– Кто?
– Подожди, сейчас открою дверь. Только будь осторожен.
Дверь открывалась очень медленно. Лобсанг вошел в мастерскую вслед за девушкой. Маховик стал вращаться быстрее.
Часы стояли в центре комнаты и светились так, что на них было больно смотреть.
Но он тем не менее не мог отвести от них глаз.
– Я… Именно такими я их себе и представлял, – признался он. – О, как они…
– Не подходи к ним, – предупредила его Сьюзен. – Поверь мне, это неверная смерть. Обрати
Лобсанг часто заморгал. Последние две мысли явно принадлежали не ему.
– Что-что ты сказала?
– Я сказала, что это неверная смерть.
– То есть еще хуже, чем верная?
– Гораздо. Смотри.
Сьюзен подняла с пола молоток и аккуратно стала подносить его к часам. Когда она поднесла молоток совсем близко, он завибрировал в его руке, потом вырвался из пальцев и исчез. Сьюзен даже дернулась от неожиданности и едва слышно выругалась. Перед самым исчезновением вокруг часов на мгновение возникло небольшое кольцо, напоминавшее молоток, но только если его раскатать в тонкий лист, а потом свернуть в трубочку.
– Ты имеешь представление, почему это произошло? – спросила она.