Господин Белый начинал терять терпение. До этого момента он и не подозревал, что оно у него есть, потому что если он и был чем-нибудь, так это терпением. Но сейчас он чувствовал, как оно испаряется. В голове возникло странное, горячее ощущение. Как мысль может быть
Толпа Аудиторов в человеческом образе немного обеспокоенно наблюдала за ним.
– Я господин Белый! – объявил он несчастному новообращенному Аудитору, которого привели к нему, и сам пораженно содрогнулся. Подумать только, он произнес это личное местоимение и остался в живых! – Значит, ты не можешь быть господином Белым. Это приведет к неразберихе.
– Но у нас заканчиваются цвета, – вмешался в разговор господин Фиолетовый.
– Этого не может быть, – заявил господин Белый. – Цветов существует бесконечное количество.
– Но куда меньше названий, – заметила госпожа Темно-Серая.
– Это невозможно. У каждого цвета должно быть название.
– Мы сумели найти только сто три названия для зеленого, прежде чем цвет становился заметно синим или желтым, – вмешалась госпожа Пунцовая.
– Но оттенки бесконечны!
– А названия – нет.
– Эту проблему следует решить. Внесите ее в список, госпожа Коричневая. Мы должны дать название каждому оттенку.
Лицо одного из Аудиторов женского пола обескураженно вытянулось.
– Но я не могу помнить все. К тому же я не понимаю, почему ты отдаешь приказы.
– Я старше всех среди воплощенных, за исключением той отступницы.
– Всего на несколько секунд, – заметила госпожа Коричневая.
– Это несущественно. Старшинство есть старшинство. Это факт.
Это действительно был факт. Аудиторы уважали факты. А еще фактом было то, что по городу сейчас болталось более семисот Аудиторов. И господин Белый прекрасно об этом знал.
И должен был положить конец этим беспрестанным воплощениям, потому что все больше и больше его собратьев сбегалось в горячую точку. Это было слишком опасно. Как продемонстрировала на своем примере отступница, человеческий облик заставлял разум работать определенным, весьма тревожным образом. Поэтому вести себя следовало крайне осторожно. Это был факт. Только тем, кто мог пережить данный процесс, следовало разрешать воплощаться, дабы закончить начатую работу. Это был факт.