– Кто вы...

– Видишь ли, – фашист сверкал золотыми часами, – мы представляем одну организацию... Что-то вроде всемирной ассоциации... Нас интересуют психические феномены...

– Чего?

– Психические феномены...

– Расскажи нам, что произошло с тобой в последнее время, – перебил седой. – Не спрашивай, не удивляйся, просто расскажи. И мы отправим тебя домой.

– Я... мы... решили...

Гобзиков принялся растирать виски.

– Заложите ногу на ногу, – посоветовал фашист. – Это вас успокоит. И расскажите о последних днях.

– Это просто, – Гобзиков заложил ногу на ногу, – в последнее время я ничем особым не занимался...

Гобзиков растирал голову.

– Я хотел... хотел начать дрессировать Томагавка...

– Томагавка? – переспросил фашист.

– Это такая крыса, моя мама ее выкрасила в оранжевый цвет. Так вот, я собрался дрессировать Тома...

Гобзиков гнал. Он гнал – у него не было никакой оранжевой крысы.

– Нет-нет, – во второй раз перебил седой. – Что случилось в последний день.

– А, понятно, – закивал Гобзиков. – Все было так. Мы с Совковым решили выехать на природу поискать хрущей...

– Кого? – не понял фашист.

– Жуков майских, – пояснил Гобзиков. – Только чтобы черноморов обязательно, черноморы круче. А еще лучше жука-альбиноса найти, японцы за каждого альбиноса дают тысячу...

Гобзиков нес чушь про майских жуков-альбиносов, а эти двое слушали. Внимательно слушали. А я думал, что как-то все не так, мы ни с того ни с сего начали врать в унисон, хотя совсем об этом не сговаривались. Какое интересное совпадение получается...

Гобзиков рассказывал: