– Я полез на березу, смотрю – чага, а чага очень хорошо от запора помогает...

Гобзиков врал. Врал совершенно самозабвенно и совершенно неожиданно, с талантом распространителя китайских пилюль для похудения. И ни слова не сказал про Лару. Ни слова.

И тогда я понял, что Гобзиков тоже... Гобзиков не хотел подставлять Лару. Не хотел, чтобы она фигурировала. Молодец. Наверное, его предки были партизанами в брянских лесах.

– Я эту чагу давай отверткой отковыривать, а тут дятел прилетел, – врал Гобзиков. – И как давай на меня смотреть. А потом как клюнет!

– Тебя? – спросил седой.

– Зачем меня, он же не людоед. Чагу клюнул. А я хотел отогнать его и поскользнулся. Полетел вниз, наверное, метра четыре пролетел и головой стукнулся. О пень. Закружилось все в голове, Совок меня взял и потащил куда-то. Потом не помню. А очнулся уже здесь. Когда меня домой отпустят, а?

– Скоро. Где вы собирались с друзьями-то встретиться?

– С какими друзьями? Совок, наверное, домой смотался, за родителями, скоро они сюда, наверное, приедут. А вообще-то для жуков еще рано, они в мае будут, но надо наметить места, подготовить ловушки. И соку хотелось попить, я люблю сок...

Гобзиков работал под дурачка довольно удачно. Дурачок, дурачок, насри в кулачок...

– Значит, вы поехали за жуками? – вкрадчиво спросил седой.

– Ну да, за жуками, – подтвердил Гобзиков. – Их можно опускать в олово и полировать. Здоровские брелки к сотикам получаются...

– И вы никого не видели? – спросил седой.

– Видели одних уродов. Кородеров. Кору драли для лаптей. И один чувак был такой странный, ящериц зачем-то отлавливал. Типа китайца вроде бы. Эти китайцы всех-всех едят...

– Понятно, – протянул седой, – я думаю, достаточно, да, доктор?

– Вполне, – кивнул фашист, – вполне достаточно... Мы узнали все, что хотели.

Он вытащил из внутреннего кармана серебряный стаканчик и плоскую фляжку. Налил из нее какой-то зеленоватой бурды, сунул под нос Гобзикову.

– Витамины, – сказал он. – Примите, это полезно. От спазмов.

Гобзиков послушно принял витамины, нагло бросил стаканчик на пол.

Фашист выглянул в коридор, что-то крикнул. И почти сразу появились санитары. Гобзиков направился к выходу.

– Подожди!