Вот и пришлось им с девушкой прикинуться испуганными людьми, заблудившимися в лесу, братом и сестрой, что гостили у дяди в Дарое и возвращались в Игалор к отцу с матерью. Решили дорогу через лес сократить, проводника наняли, а он взял да скрылся ночью с их пожитками. Хорошо еще, хоть что-то уцелело. Расспросили обстоятельно, как на дорогу выбраться, чтобы впредь не ошибиться, накупили припасов. Муки немножко, грубоватой, конечно же, но ничего, для лепешек сгодится. Еще крестьянский сыр, сушеные грибы, мешочек овощей и два больших мешка аскина, которые Триго пришлось к седлу приторочить. Первым делом их и развязали. Кони, уже несколько дней обходившиеся только молодой травой, яростно накинулись на аскин, как на лакомство.

Добычу распределили между всеми и снова тронулись в путь. Ввиду позднего времени стражи решили идти дольше и сделать только один привал, зато длинный. Остановились далеко за полдень. Женщины захлопотали у костра, и скоро подоспели румяные лепешки и похлебка из грибов и овощей, пряная, как и все, что готовили ниори. Леки благодарно принял свою чашку из рук Имы. Исмен-травку она сегодня ему не припасла – надобность отпала. Больше не снились дурацкие сны, и сил было хоть отбавляй. Леки тихонечко отошел подальше, чтобы насладиться обедом без помех, его до сих Пор тяготило общество тетушек Имы. Не поймешь их, чего искоса поглядывают, не то подозревают в чем-то нехорошем, не то раскусить никак не могут.

Только он успел растянуться на облюбованной лужайке, как рядом тут же присел вездесущий Триго. Теперь они и вовсе стали неразлучны. Леки ему уже всю свою жизнь пересказал между делом, а вот Триго… О жизни в Идэлиниори он так и не заикнулся, а Эгрос Леки особо и не занимал. Бывал уже.

– Лепешки забыл, – блеснул Триго зубами, протягивая душистые румяные кругляшки, обернутые снизу белым полотняным лоскутом.

– Спасибо, – Леки вяло поблагодарил, хотя хлеб пах восхитительно.

– Почему унылый такой? – Ниори с удовольствием надкусил лепешку. – С самой Белой Поляны ничего, кроме жареного мяса, похлебки из мяса… – Он вздохнул. – Я не страж, не привык так. – И вгрызся в еще горячую душистую мякоть, обжигаясь и спеша.

Леки промолчал, отщипнул задумчиво кусочек, положил в рот. Замечательно, вот только…

– А что Лисс говорит, скоро Игалор? – спросил он, чтобы что-то сказать.

– Скоро, – уверенно ответил Триго, – дня через четыре, как и было обещано. Еще день приграничья – и мы уже там. Инхио говорит, места глухие, не стережет здесь никто и никогда. Лишь когда воюют. А сейчас у нас мир.