– Ты самая… – начал Леки, но девушка подняла вверх свободную руку, показывая, что не все еще сказала.

– Леки, мы так привыкли все время страшиться угроз Большой земли! И привыкли полагаться на стражей! Даже получив неизвестное послание о том, что нам угрожает опасность, мы не ушли из Эгроса сразу, бросив все, как говорилось в письме. Ничто не предвещало беды, и мы спокойно ждали стражей. Если нам действительно что-то грозит, они Должны были появиться, говорил отец. Без них тронуться в путь страшнее, чем ждать… Почти два дня глупого, ненужного ожидания! Мы с Триго просили, уговаривали, ничего не помогло. Стражи все-таки успели вовремя, в самый последний миг. Теперь мой отец всего лишь ранен, а мог бы быть схвачен, мертв, как и все мы. Но если бы отец и мать поверили посланию, не скрепленному никакими доверительными знаками, как сделала это я и Триго тоже, многого удалось бы избежать. Что лучше, верить своему сердцу или опасаться, потому что оно часто заводит в дебри? Ответа нет.

Она разжала кулачок. В ладони притаился маленький амулет, круглый с диковинным рисунком: бело-черные потоки змеились друг около друга, закручиваясь многократно вокруг центра. Знак приковывал к себе взгляд, завораживал.

– Времени немного, долго прощаться не придется, – продолжала снежная девушка с теплой улыбкой. – Как и все ниори, я верю: все, что случается, происходит не зря. Все, что есть, – замысел Великой Матери, которого нам не понять, и если она назначит, мы встретимся снова. А пока… мне бы хотелось подарить тебе свой амулет. Он перешел ко мне от деда, настоящего ниэдэри. Он хранил его, берег, потом отдал моему отцу, отец – мне. Назначение его – защищать и направлять, а большего я не знаю. Защита вам понадобится. – Она улыбнулась. – Я долго берегла его, он очень дорог мне, но сегодня мне захотелось отдать его тебе. Поэтому отдаю без сожаления. – Она протянула ему кругляшок на крепкой цепочке.

– Я тоже, – заторопился Леки, – тоже… тебе подарить хочу. – Он сдернул с шеи листок тави, подаренный Ювит, с которым, как ему казалось, не расстанется никогда. – Для меня это тоже… самая драгоценная вещь была. Теперь ты возьми, так будет правильно.

Подошел, сам надел ей на шею листок. Если бы она не была такой ледяной! Не умея даже сейчас сказать ей всего того, что хотел, смешался, не зная, что делать дальше, потом просто обнял ее, прижал к груди, не в силах сдержать порыв. Резко отстранился.

– Прощай.

– Прощай, Леки. Пусть Великая Мать укажет тебе верный путь.

– Прощай, Триго, и пусть Великая Мать хранит тебя для всех нас.