Надо бы выбираться обратно, на улицу. Там солнышко светит и дышится как‑то легче. Да и спасатели ее быстрее найдут у развалин, чем в самих руинах. В том, что все уже сбились с ног, разыскивая ее драгоценную особу, у Герты не было ни малейшего сомнения. Иначе просто быть не могло.

Осмотревшись, дива заметила, что в подвале не так уж темно, как могло бы быть. С чего бы это?

Ага, вот оно что. По стенам, примерно на уровне двух человеческих ростов, располагались круглые красненькие штучки, освещавшие все вокруг неровным светом. Одна, другая, третья. На двадцатой или что‑то около того дама сбилась со счету и плюнула. Делать ей было больше нечего, как лампы считать. Ну, не археолог же она, в самом деле. Светят, и ладненько.

Заковыляла вперед, рассматривая причудливые картинки, запечатленные на стенах. Большинство из них Герте понравилось. Как раз в духе ее любимых родных саг. Морские чудовища, нападающие на людей. Здорово.

Встав в величественную позу, актриса процитировала монолог Фреи из трагедии Киксена «Валькирия»:

А вот эти картинки так вообще отпад. Такое и в журналах для мужчин не часто встретишь. Натуральное садо‑мазо. В духе ниппонской анимации, к которой Герта пристрастилась в последнее время.

Девушка, обвитая многочисленными щупальцами непонятного страшилища, бьется в экстатических судорогах. По ее закатившимся под лоб глазам, открытому в крике рту и выгнутому в сладострастной конвульсии телу можно судить, что она на вершине блаженства. Да, знали же древние толк в любви. Не то, что нынешние мужики. Вырожденцы! Обабились все как один.

Герта грустно вздохнула, отчего ее потрясающая грудь едва не выпрыгнула из топика.

– Помоги… – прошелестело из угла.

Кинодива от неожиданности чуть не упала в обморок. Но вовремя рассудила, что благодарные зрители все равно не оценят, а потому предпочла просто взвизгнуть:

– Ой!

И вслед за этим еще раз, уже погромче и понатуральнее:

– Ай! Ай‑ай‑ай!

– Кто здес‑сь? – прошипел тихий голос.

– А ты кто? – ответила вопросом на вопрос Грендель, которой неведомо почему не было страшно.

– Подойди‑и с‑с‑сюда‑а.

– Ага, нашел дуру! – возмутилась свейка. – Тебе надо, ты и иди!

Сама же для пущей уверенности подобрала с пола булыжник.

– Я не могу… Ранен…

– Врешь!