Мгновенно все веселье норных жителей прекратилось. Они, как по команде, застыли, замерли, вперив в меня маленькие глазки-бусинки. Пока я веселился, хохотал, запрокидывая голову, и показывал на них пальцем, они сгрудились и принялись о чем-то мрачновато перешептываться. Ламасу совещание норного народца совсем не понравилось, он снова дернул меня за рукав и вытянул тощую шею, стараясь различить, о чем говорят норные жители. Наконец они прекратили совещаться, от толпы отделился маленький рыжеволосый человечек и вышел вперед.

– Меня Лермон зовут, – он ткнул себя грязной ладошкой в грудь, – ну Лермон, поняли, да?

Голос у него был такой писклявый и противный, что я снова развеселился и, сам не желая того, радостно засмеялся. Ну очень они меня забавляли, я ничего не мог с собой поделать. И вовсе они не казались мне опасными, просто забавное маленькое племя, которое любит развлечься от души.

– Поняли, мы поняли, – сказал Ламас, покосившись на меня с неодобрением, – а ты тут за главного, что ли?

– Не-а, – замотал головой Лермон, – у нас главных нет, каждый делает что хочет.

– Да как же так? – удивился я и перестал веселиться. – А кто же вами управляет? У вас король есть?

– Не-а, – замотал головой Лермон, – нету у нас короля, нам король не нужен. Раньше был, но теперь вот нету. Потерялся где-то.

– Но как же так, – всерьез разволновался я, – а кто же заботится о вас? Кто принимает важные государственные решения? Кто думает о вашем благополучии?

– А никто, – весело откликнулся Лермон, – потерялся он, теперь мы каждый сам за себя решаем… Но сейчас не про это. Вам смеяться не надо… Мы смеяться будем… Вам не надо. Хорошо?

– Это еще почему? – свирепо спросил Кар Варнан. – Вы нас тут дразните, ходите вот так вот, веселитесь, а нам, значит, не надо?

– Ну-у-у не на-а-адо, – протянул Лермон, явно волнуясь, он обернулся за поддержкой к своим соотечественникам, – мы смеяться будем, а вам не надо смеяться, понимаете?

– Нет, не понимаете, – немедленно откликнулся Варнан, – мы не понимаете, почему вам надо смеяться, а мы не можем хорошенько и от души поржать над вами, безмозглые тупицы.

Рыжеволосый человечек замолчал, он замер, о чем-то задумавшись, потом отошел и снова стал совещаться с норными жителями. На сей раз совещание было довольно коротким.

– Если вы не дадите нам посмеяться как следует, – сказал он, – то мы самого непонятливого в землю зарываем, совсем. Теперь понимаете?

– Нет, не понимаете, – упрямо сказал Варнан, – вы, значит, смеяться над нами можете, а мы над вами не можем смеяться, мы не понимаем, совсем не понимаем.