ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ В ней рассказывается о веселых шалунах, которые любят зарывать путников в землю

ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

В ней рассказывается о веселых шалунах, которые любят зарывать путников в землю

Следуя указаниям Кевлара, мы некоторое время двигались на юго-восток по почти незаметной тропе и пока она окончательно не затерялась в буйной траве, мы не выбрались в необъятную степь. Несмотря на яростные протесты Ламаса, которому отсутствие следов пребывания человека показалось очень дурным предзнаменованием, мы продолжили наше путешествие в направлении, указанном Кевларом, тем более что, несмотря на небольшую корректировку курса, мы все же двигались к южным границам Стерпора. Так мы шли довольно долго, травы становилось все меньше и меньше, мы словно вторглись на территорию пастбища диких кочующих свиногов. Пожухлые кустики росли в этих местах вразнобой, земля все больше становилась обнаженной, потом всякая растительность и вовсе пропала.

Ламас несколько портил мне жизнь бесконечными причитаниями, но в целом путешествие наше по пастбищу проходило вполне гладко, без происшествий, когда вдруг… Варнан громко вскрикнул и провалился в землю по колено.

– Ну вот, – проворчал он, с трудом выбираясь, – кажется, я ногу вывихнул.

Я хотел подойти к нему, чтобы помочь, споткнулся о ком земли и вдруг понял, что вся земля вокруг так изрыта, будто тут поработал целый дивизион кротов. На пастбище кочующих свиногов это похоже уже не было. Вокруг нас повсюду виднелись небольшие норки, на много миль далеко вперед простиралось поле, более всего напоминающее пашню, лишенное какой-либо растительности – травы или деревьев. Несколько иссушенных ярким солнцем стволов лежали неподалеку. Я приблизился, осторожно ступая по разрыхленной земле, и разглядел, что кора со стволов содрана и на них повсеместно видны следы маленьких зубов, словно поработала команда грызунов.

Ламас коснулся ствола, присел на корточки, принюхался и недобро усмехнулся.

– Норный народец, – сварливо сказал он, – что я говорил, этому Кевлару нельзя доверять.

– Ну, норный народец, – я недоуменно пожал плечами, – а чем он нам угрожает, у нас, кажется, нет с собой домов, которые можно разрушить…

– Домов нет, – согласился Ламас, – зато норный народец сильно замедлит наше продвижение на юг. Только поглядите, милорд, земля здесь так изрыта, что можно провалиться в нее по пояс и, уверяю вас, можно угодить и в куда более серьезную яму, из которой потом до-о-олго придется выбираться, так что нам следует идти теперь очень осторожно, все время прощупывая землю, – он поднял вверх посох, – пойдем цепочкой, один за другим.