– Пендрагон этого не допустит! – брякнул я. – Пендрагон начеку!

– Надо и нам быть начеку! – разводящий осмотрел меня еще раз. – Устало выглядишь как-то… Небось вторую смену дежуришь?

Я промолчал.

– Смотри. Пендрагон не говорил, но я чую, что должен прибыть и сам Застенкер.

– Сам Застенкер?

– Угу. У них с Пендрагоном беседа будет. Надо обеспечить конфиденциальность.

– Обеспечим, – заверил я.

– Отлично. Держись, сегодня, кажется, дождь будет.

Разводящий похлопал меня по плечу и нырнул в сумрачный проем между строениями.

Я стал держаться. Планы мои несколько поменялись. Первоначально я хотел просто вломиться в штаб-квартиру, навешать всем по ушам, вытрясти из этого Пендрагона нужную информацию и быстренько смыться. Теперь мне захотелось послушать.

Конечно, это было опасно. Пропажу из клетки Кипчака, Коровина и меня могли заметить. Но соблазн подслушать беседу двух власть предержащих Владиперского Деспотата был сильнее. Насколько я успел разобраться в структуре тутошней политической системы, Пендрагон был кем-то вроде президента, Застенкер начальником охраны, ну, или серым кардиналом. Они могли знать много интересного. Много того, чего в беседе с посторонним и не выложишь.

Я остался.

Еще минуты через три из-за угла дома появился Пендрагон. Он шагал быстро, кутаясь в длинный плащ, и я подумал, что Повелитель Драконов похож на Петра Первого с известной картины. Не с той, где он пытает собственного сына, а той, где он идет сквозь дождь и ветер на фоне строящегося СПб.

Окончательному сходству с Петром Великим мешала, пожалуй, голова. Голова у Пендрагона была огромная. После того, как великий конь Иггдрасиль возложил на светлое чело Повелителя Драконов свой знак копытом, его, это светлое чело, пришлось обмотать бинтом. Так что здешний лидер был похож и на Петра, и на инопланетянина-гидроцефала из детских мультиков.

Пендрагон приблизился, увидел меня, остановился. Уставился в поляризованное бронестекло шлема. Я не очень волновался – через стекло мало что можно было разглядеть.

Мало. Но постороннего во мне деспот опознал. Проницательный.

– А где Лейкин? – настороженно спросил он.

– Ногу вывихнул, – ответил я. – Разводящий вместо него меня поставил, Великий Пендрагон!

Я щелкнул пятками. Для впечатления.

– Не надо подобострастия, – нахмурился деспот. – Мы все равны перед памятью Великого Персиваля. Во сколько заканчивается твоя смена?