– Хорошо, – ответил Застенкер. – Все оббегал, все обсмотрел. Ну, кроме севера, разумеется… Все пятки стоптал.

И Застенкер продемонстрировал стоптанные пятки. И почему-то еще ладони. Будто он еще и на ладонях пятки стоптал.

– Мне до твоих пяток дела нет. Мне есть дело до информации. Ты что-нибудь слышал?

– Сказки, – ответил Застенкер. – Легенды. Песни. Хочешь, спою?

– Не надо, – замахал руками Пендрагон. – Не время для песен.

– Ну, конечно, не время, – хмыкнул Застенкер. – Это ведь не стихи. Я слышал, ты одержал победу на конкурсе?

Пендрагон скромно потупился.

– Как там… «Беспредел медведей в Тевтобургском лесу»? Оригинально, высоко…

– Народу нравится, – также скромно сказал Пендрагон. – Настоящее искусство, как говорил Персиваль, проникает даже в самые черствые души.

– Голова-то не болит? – продолжал ехидничать Застенкер. – После возложения знака на чело? Все-таки удар копытом…

– На что не пойдешь ради людей, – вздохнул деспот и потрогал забинтованную голову.

– А ты изменился, – хмыкнул Застенкер. – Изменился… С чего начинал, а? Мелкий грабеж, рэкет, громил каких-то навербовал… Мирный, Лева-Глаз. Времена уголовной романтики канули в Лету? Леву ты, я помню, в лучший мир отправил?

– В тот мир. – Пендрагон уточняюще указал пальцем в потолок. – Домой. Что поделаешь, человек не понимал момента. Ему бы все грабить и грабить, а государство на одном грабеже не построишь. Надо и созидать немножко. Экономика, идеология, тут на кастетах далеко не уедешь.

– Государственный муж, – покачал головой Застенкер. – Граф Столыпин. Да уж, времена кастетов прошли…

– Прошли, – согласился деспот. – Надо мыслить масштабно. А вообще, хватит болтать попусту, давай к делу.

И подбавил в тазик кипятка.

– Так, значит, ты говоришь, сказки? – спросил он.

– Угу, – кивнул Застенкер. – Легенда о Персивале – Победителе Дракона, легенда о Персивале и Полосатом Столбе, ну и в том же духе. А вообще, в народе…

– В каком народе? – Пендрагон хлюпнул водой.

– В основном, в гномьем. Гномов стало много…