Внутри она остановилась, чтобы глаза привыкли к неяркому свету ламп. Толстые желто-синие ковры укрывали комнату, предотвращая возникновение эха. Эта уютная комната, отделанная такими же панелями красного дерева, что и дверь, казалась островком спокойствия после бесчисленных шумных залов дворца.

Когда дверь закрылась, она вдруг осознала, что теперь осталась вдалеке от четырех Сестер. Она не могла вспомнить, чтобы когда-нибудь оставалась одна. По крайней мере, одна из Сестер всегда следила за ней, следила за их рабыней. Она не знала, почему Сестры так пристально за ней наблюдают, ведь Кэлен никогда даже и не пыталась сбежать. Она часто думала об этом, но никогда не решалась попробовать.

Даже мысль о том, чтобы сбежать от Сестер, причиняла жуткую боль, казалось, кровь вот-вот потечет из ушей и носа, а глаза ослепнут. Каждый раз, думая о том, чтобы оставить Сестер, на нее наваливалась боль, и она не была в силах достаточно быстро выбросить из головы эту мысль. И даже после этого боль оставалась. Подобные случаи делали ее такой слабой, что даже через несколько часов она с трудом могла стоять, тем более ходить.

Сестры всегда знали, если это происходило. Вероятно, потому что находили ее скорченной на земле. Когда боль в ее голове утихала, они били ее. Наиболее жестокой была Сестра Улиция, она использовала свой дубовый прут, который всегда носила при себе. От него оставались рубцы, которые очень медленно заживали. Некоторые не зажили до сих пор.

В этот раз ей было приказано оставить их и идти одной. Ей сказали, что боль не обрушится на нее, пока она будет следовать инструкциям. Было так хорошо, оказаться, наконец, вдали от этих четырех жутких женщин, что Кэлен подумала, что может заплакать от радости.

Между тем, внутри комнаты находились четыре стражника, которые сменили четырех Сестер. Она заколебалась, думая, что же делать.

Ядовитые змеи, высеченные на дверях и ядовитые змеи за дверью. Казалось, ей никогда не обрести спокойствие.

Кэлен застыла на мгновенье, боясь пройти мимо стражников, боясь того, что они могут сделать с ней за то, что она зашла в это запретное место.

Они с любопытством смотрели на нее.

Кэлен собралась с духом, поправила за ухом прядь выбившихся длинных волос и направилась к лестнице, которую видела в дальнем конце комнаты.

Двое стражников повернулись к ней, преграждая путь.

— Ты хоть понимаешь, куда ты идешь? — спросил один из них.

Кэлен опустила голову, продолжая двигаться. Она чуть сменила направление, чтобы проскользнуть мимо них.

Когда она прошла, второй из охранников обратился к первому.