Охранники оставались неподалёку, наблюдая за ними. Они никак не стремились вмешаться. В конце концов, они были на стороне команды императора.

Когда цепь уже туго натянулась, Ричард схватился за неё, встал на колени и попытался сдержать натяжение и не дать нападавшим переломить цепью и ошейником его шею. Трое из них мощно потянули. Им удалось повалить Ричарда на спину.

На его лицо устремился сапог. Ричард увернул голову как раз вовремя. Полетела пыль и грязь. Кулаки и сапоги устремились к нему со всех сторон.

Удерживая цепь одной рукой, Ричард воспользовался другой, чтобы врезать в одного из них. Он блокировал удар от другого и локтем ткнул в бедро третьему, на какое-то мгновение заставляя его опуститься на колено.

И всё же, с какой бы скоростью он не отбивал их удары, они продолжали сыпаться градом. Поскольку нападавшие не ослабляли натяжение цепи, у него не было достаточной манёвренности, да и он не мог осмелиться выпустить цепь совсем.

Ричард всецело погрузил себя в оборону приседая, защищая себя посредине, оставляя себя настолько наименьшей мишенью, насколько он мог, пытаясь получить максимальное управление цепью, насколько он мог.

Один из них заносит руку и устремляет её в удар. Ричард отпускает цепь и использует левое предплечье, чтобы отклонить удар. В то же самое время он проникает внутрь области защиты человека и таранит локтём в челюсть нападавшего и проламывает силой его кость. Человек отшатывается назад.

Теперь, имея послабление в цепи, Ричард увернулся от удара и пнул сбоку в колено человека.

Удар был достаточно сокрушительным, чтобы вынудить того заорать от боли и чтобы тот начал отхрамывать назад в попытке уйти от опасности, но Ричард мгновенно воспользовался возможностью пнуть вбок другого коленом, чтобы тот затем подкосился с ног.

Как только тот повалился, рухнув на землю, Ричард заехал своим коленом в лицо человека.

Когда налетал другой удар, Ричард увернулся влево и схватил запястье человека. Железным захватом удерживая запястье, он сильно ударил пятой своей левой руки в заднюю часть локтя человека. Сустав хрустнул. Человек заорал, когда потянул прочь свою переломанную руку.

Налетал другой удар. Ричард отклонил его в сторону мимо своего лица, и когда тот занёс быстрый удар другой рукой, Ричард отогнул руку в противоположном направлении поверх другой руки нападавшего.

Скрестив руки человека и передавливая в локтях, чтобы не дать ни малейшего шанса на высвобождение, Ричард использовал изогнутые руки, как рычаги, и перекувыркнул громилу.

Даже несмотря на те победы, что уже были на его счету, ему всё же было трудно отбиваться, ведь цепь сильно сковывала его движения. И, тем не менее, он понимал, что, невзирая на трудности, ему не остаётся ничего иного, как решать, что ему нужно сделать, а чего и нет.