На стол лёг Белый Лев.

– Вика, – Алексей оторвал глаза от камня и пристально посмотрел на неё. – У меня будет что-то вроде просьбы. Если вдруг… не оставьте Мартына. Хорошо?

– Вот ещё, – сказал из-за спины Мартын.

Он попытался сказать это нагло и независимо, но голос его сорвался.

Где-то

– Пить… – отчётливо прошептала Аски. Наверное, она услышала, как журчит в жёлобе вода. – Пи-ить…

Это было первое её слово за много дней.

– Сейчас… – Отрада приподнялась, взяла половинку разбитого горшка, зачерпнула воду. Поднесла Аски ко рту. Та выпила с жадностью. И наконец открыла глаза.

– Где… мы?.. – это были не совсем слова, скорее – два выдоха, каким-то таинственным способом вынесшие на себе мысль.

– Не знаю, – сказала Отрада. – Где-то под землёй.

– …землёй…

– Я больше не могу, – вдруг сказала Отрада неожиданно для себя. – Я больше не могу! Я никуда не пойду! Я подохну тут, но я больше никуда не… – и замолчала. Что-то было не так. Она попыталась понять, что именно.

Слова не распространялись. Они исчезали тут же, где родились. Не было эха…

– Я так устала…– закончила она убито.

– У меня всё болит, – пожаловалась Аски голосом маленькой девочки. – У меня бок болит. У меня ножки болят. У меня горлышко болит…

И тут она увидела Белого Льва.

– Ух… ты…