Казалось, лицо посланца говорило: «Да сколько тебе ещё на престоле-то сидеть?..» Повелитель Мельина высокомерно это проигнорировал.
– Да простит меня Его величество… – вдруг вмешался Клавдий. – Мне кажется, этот договор стоит дополнить ещё одним пунктом.
– Каким, Клавдий? – Тон Императора не предвещал ничего хорошего, и проконсул побагровел, почувствовав это.
– Всебесцветный Нерг окажет всю помощь в излечении самого Императора и существенных для него особ, – выпалил Клавдий.
– Это возможно, повелитель, – тотчас подтвердил нергианец. – Пославшие меня верят, что поразивший вас недуг не является непобедимым.
Император опустил голову. В шатре воцарилось молчание.
…Казалось бы, всё так просто. Он хочет жить, молодое тело отчаянно кричит, корчась в ужасе от предчувствия небытия. И разве не умирают за него легионеры, каждый день, каждый час? Не расстаются с жизнью идущие в бой по его приказу?..
«Нет, это не так. – Император потряс головой, отгоняя навязчиво-соблазнительное видение. – Идущие в бой имеют шанс. В конце концов, они могут „сделать ноги“, как говорили в легионах о дезертирах, то есть попросту сбежать. В бою каждый может дожить до конца – как повезёт. Но если тебя тянут к жертвеннику, как быка на бойне, – это уже совсем другое.
А если эти жертвы, эти муки и слёзы спасут Мельин? Что, если разбуженные Древние Силы на самом деле сумеют поставить заслон тварям бездны?
Но какую потом они потребуют плату, эти Древние? И не станет ли магия крови нашим новым кошмаром? Не посадим ли мы самим себе на шею новых господ, подобных тем, от кого в своё время бежали, не считаясь с потерями, прорывались сквозь строй Дану на Берегу Черепов?
Но, с другой стороны, выбор пока что невелик. А что, если предложенное Сежес средство не сработает?»
– Хорошо, посол. Мы выслушали тебя. Теперь удались, чтобы мы могли принять окончательное решение и оповестить тебя о нём.
Низко кланяясь и бормоча пустые, положенные этикетом пожелания здоровья и долгого царствования (сейчас они звучали изощрёнными оскорблениями), нергианец удалился.
– На… – вырвалось у Сежес, однако чародейка осеклась, едва завидя бешеные глаза Императора.
– Терпеть не могу, когда меня держат за дурака, – медленно проговорил Император. – Вы все, – он обвёл взглядом присутствовавших, – верите, что Всебесцветный Нерг прислал кого-то, чтобы тот так лебезил и заискивал? Тот самый Всебесцветный Нерг, что совсем недавно дал от ворот поворот нашим собственным послам, причём будущность мира всебесцветных, похоже, нисколько не заботила. Вот и скажите мне, прежде чем мы начнём говорить по существу – если только оно сыщется, – скажите мне,