Тальк отрицательно покачал головой. Он был упрям, но и в сообразительности ему не откажешь — самый худший тип лодыря, по мнению Чета. Впрочем, можно ли назвать Талька лодырем? Чет чувствовал себя опустошенным и усталым, словно камень, из которого вырезали ценную породу.

«Может быть, и они себя так чувствуют. Что говорила крошечная королева? „Мы, живущие наверху, теперь боимся не только за себя“. Я тоже боюсь, но я уже много увидел и прочувствовал…»

Он постарался выкинуть из головы чушь.

— Замечательно, — ответил он Тальку. — Я попрошу гильдию пригласить вас на слушания, но при условии, что вы закончите сегодняшнюю работу. Нужно сделать подпорки и крепления в новых туннелях, если, конечно, вы не боитесь там работать.

Племянники Роговика уходили от него, продолжая ворчать, но, судя по их залихватской походке, они не сомневались, что одержали победу. И снова Чет почувствовал безмерную усталость.

«Хвала предкам, Чавен наконец-то вернулся. Я отправлюсь к нему, как только мои люди сядут обедать. Но на этот раз я войду через парадную дверь».

Стараясь не обращать внимания на больших людей, открыто глазевших на него (считалось, что с фандерлингами так себя вести позволительно), Чет шел по кривым улочкам внутреннего двора. Хорошо, что сегодня с ним не было Кремня: мальчик и Опал отправились на рынок. Чет удивлялся тому, с каким спокойствием Опал выслушала его рассказ о встрече с крышевиками. Невозмутимость жены поразила фандерлинга больше, чем сами крышевики.

— Конечно, под камнями и под звездами кроется множество вещей, которых мы не знаем, — сказала Опал мужу. — Мальчик стал первой искоркой — это ясно как день! Ему предстоит сотворить много чудес в нашем мире. А я всегда верила, что крышевики существуют.

Чету пришло в голову, что ее спокойствие могло быть напускным. Он знал, что жена — умная женщина, а значит, должна понимать, что такая встреча никак не вписывается в рамки обыденной жизни. Может быть, Опал боялась того, к чему приведут столь необыкновенные события: встреча с Кремнем, Граница Теней, сказочные человечки, прятавшиеся на крышах и возвещавшие о близкой катастрофе? Может быть, она пыталась облечь неизвестное в привычные формы?

Чет осознал, что почти не делится с Опал тревогами и опасениями. Ему хотелось защитить ее от лишних переживаний. Он считал это своим долгом. С другой стороны, он чувствовал, что если так пойдет дальше, то он останется один на один со своими страхами.

Дверь в обсерваторию на этот раз открыл не молодой Тоби, а старый слуга Гарри. Видно было, что старик взволнован и очень нервничает. Чет испугался, уж не заболел ли Чавен.